Екатерина Данильчик - Обретая себя

— Мария Васильевна, вы золотая теща, как же все вкусно, — Костя нахваливал блюда и жевал с аппетитом.

— Да, мамуля вкусно готовит, попробуй салат, я делала!

— Обязательно, любимая.

После вкусного ужина и приятного время провождения, все друзья разошлись, а Мария Васильевна убирала со стола.

— Как же я наелась, надо выпить таблеточку, опять изжога мучает!

Кристина встала из-за стола, Костя помог ей.

— Может, уже ляжешь, солнце, поздно ведь, тебе отдыхать пора.

— Ага, скажи это нашей дочке, тарабанит во всю, дай руку!

Спустя час все уже спали, а Кристина ворочалась.

— Кристина, что такое, почему не спишь? — Костя включил свет рядом с кроватью.

— Не знаю, что-то малышка притихла и тянет живот.

— Давай в род дом поедим, не будем рисковать!

— Да погоди ты, у меня так каждую ночь, врач же сказала, что ей звонить надо, если схватки или воды отойдут.

— Зачем мы будем оттягивать, я не хочу ждать и волноваться, лучше ты уже в больнице будешь, как-никак уже 40-я неделя.

— Ой, ты прав, нам теперь точно пора, у меня какие-то выделения.

— О, Боже, все я собираюсь, вещи все сразу возьмем, давай.

— Да не бойся ты, скорее всего это пробка начала отходить.

Костя нервно засуетился.

— Кость, ты так дергаешься, как будто это тебе рожать предстоит.

В роддом они приехали быстро, врач Кристины подъехала чуть позже и осмотрела ее.

— Ну что милая, раскрытие пошло, ты рожаешь.

— Да? А почему нет схваток?

— Мы сейчас сделаем узи и если все хорошо и рубец в порядке, будем рожать самостоятельно. Проколем пузырь, и схватки пойдут полным ходом, ждать уже нет смысла, родовая деятельность началась.

Спустя немного времени Кристине сделали узи и прослушали сердцебиение ребенка — было решено рожать самостоятельно, но если что, то пойдет не так-то будет кесарево. Костя остался с Кристиной.

Волновались все, мама Кристины и Максим приехали в роддом, не смогли усидеть дома. По прошествии четырех часов Кристина кричала от боли на весь этаж, в род зале с ней находился ее врач, акушерка, две медсестры, неонатолог и муж в качестве поддержки.

— Так, милая, полное раскрытие, переходим на кресло, будем рожать.

— Я уже не могу, у меня нет сил, это невыносимо.

— Ох, милая, если было бы невыносимо, людей на свете бы не было. Ты справишься, осталось совсем чуть-чуть. Главное сейчас слушай, что я тебе говорю, и делай именно так, уже по-другому никак, ты должна родить сама.

— Да, хорошо, ааааааааа!!!

— Так тужимся, давай-давай еще, стоп, отдыхай.

Кристина, вымученная от боли, вспотевшая дышала прерывисто и быстро, Костя стоял у ее головы и придерживал ее, шепча слова поддержки.

Кристина слышала голоса, но не воспринимала их речь, все вокруг было таким не значительным, единственное, о чем она думала, поскорее бы это все закончилось.

— Так, Кристина, сейчас тужимся изо всех сил, давай, давай, давай! — все вокруг оживились, засуетились. Кристина почувствовала мгновенное облегчение, ребенок вышел из нее.

— Умница, любимая, все хорошо, ты молодец. Я люблю тебя!

— Кристина молодец, поздравляю, у вас девочка!

Со стороны кто-то сказал, что ребеночек здоров и хорошая оценка по шкале Апгар.

— Рост 54 см, вес 3550, — сказал все тот же голос.

Кристина повернула голову и увидела на столике свое чудо, вдруг ее ребенок заплакал и закряхтел, от этого у Кристины полились слезы.

Ребенка поднесли к Кристине и положили на нее, контакт кожа к коже, сверху укрыли пеленкой и одеялом. Кристина смотрела на свою девочку, Костя тоже не смог сдержать слез.

— Боже спасибо тебе, спасибо, — сквозь слезы шептала Кристина, а ею по-прежнему занималась акушерка, зашивая несколько разрывов, уже после того как вышла плацента.

— Какая же она красивая и я не сомневался, что она будет рыженькой, как ты, любимая. Спасибо тебе за дочь, родная!

Кристина, наконец, стала мамой, счастливой, любящей и заботливой. Она кормила малышку Танечку грудью, давая ей самое ценное — контакт с мамой. Она полностью посвятила себя и свою жизнь своей дочери, такой любимой и долгожданной.

Назвали девочку по православному календарю в честь Великомученицы Татьяны, память которой почитается 25 января. Константин очень любил своих девочек и старался сделать все, чтоб их жизнь была комфортной и счастливой, а Кристина стала писать новую книгу, в свободное от домашних дел, время, но эта книга уже была о детях и матерях.

Когда наступило лето, Кристина, все-таки, решилась еще раз попробовать отправить свою рукописи в другие издательства и ей уже через месяц дали положительный ответ на издание обеих ее книг. Она была вне себя от счастья и гордости за саму себя.