Таня Валько - Арабская сага

Вторую ночь в Дубае пара проводит уже в другом районе и в новом отеле. Когда они к нему подъезжают, молодая женщина приходит в восторг, а ее сердце переполняется надеждой на совместную счастливую жизнь с этим чудесно преображенным мужчиной. Впервые они любят друг друга спокойно, без доминирования и подчинения, благодаря чему их исключительная любовь не становится хуже, а, наоборот, одухотворена и приносит больше удовольствия как одной, так и другой стороне. Уже почти рассвело, когда Джон кладет Дарье на грудь коробочку с украшениями, которые она примеряла в «Эмирейтс молл».

– Это в знак хорошего начала нашего волнующего отдыха, – говорит он тепло, после чего они прижимаются друг к другу и засыпают глубоким сном.

Дарья уже знает, что, когда утром она откроет глаза, Джона не будет, но сегодня ее это не раздражает, потому что она искренне верит каждому слову мужчины. Перемена в поведении была с его стороны верным начинанием. Он ведь человек-хамелеон, роль обворожительного джентльмена дается ему без труда.

Женщину снова везет пакистанец-шофер, к которому она начинает понемногу привыкать, но никогда не научится доверять, – она отдает себе отчет, что его теперешнее подобострастие по отношению к ней вызвано страхом перед ее любовником.

Пляж при «Джумейра бич парк» оказывается волшебным оазисом, полным как свободных жительниц Объединенных Арабских Эмиратов, так и женщин-традиционалисток, которые только раскрывают свои абаи и подтягивают рукава, выставляя руки на солнце. Для них уже и это жест распущенности, большего они себе наверняка не позволят. Они все же смеются, рассказывают анекдоты, и видно, как счастливы проводить время на свежем воздухе, на берегу залива, без опасности поругания – взглядов мужских развратных глаз.

– Это место только для арабок! – этими словами была встречена Дарья, когда хотела разместиться на свободном пластиковом лежаке под пальмой. – Иностранки слева.

Женщина в черном критически окидывает ее взглядом.

– Так иностранки или немусульманки, ты определись! – не дает себя Дарья в обиду и резко отвечает на прекрасном арабском языке.

– Афлан, афлан! [99]

Толстая баба смотрит на нее умильно и нежно улыбается.

– Что нужно сделать, чтобы так отбелить кожу? – спрашивает ее подруга помоложе, которая не закрывает тела и носит нескромное бикини.

– Наверняка мать ее в молоке держала, – отвечает та, что постарше. – Но мне на такую развратницу, как ты, жаль было бы выбрасывать деньги. Ты и сейчас лакомый кусочек.

– Ты пользуешься отбеливающими кремами? – хихикает молодая, не обращая внимания на уколы, – ее можно считать классической арабской красавицей, с копной вьющихся черных волос и черными как уголь глазами. Кожа у нее очень смуглая, удивительно, зачем она ее выставляет на солнце. – Наверняка пользуешься косметикой на основе козьего молока. Я приобрела уже серию средств, но как-то не очень помогают.

– А я, наоборот, хотела бы быть немного смуглее, – отвечает весело Дарья, – потому что в сравнении с моей сестрой я как альбинос. Нам не раз говорили, что мы не из одной семьи. Она – в папу-араба, а я светлокожая – в польку-маму.

– Поделились. – Старшая женщина кивает головой, тянется к пляжному холодильнику и достает из него сладости.

Она обращается к Дарье, держа поднос с пирожными, истекающими медом и маслом.

– Любишь баклаву? [100]У нас она самая вкусная, – нахваливает местная патриотка.

– Мамуль, почему ты так обжираешься? Это вредно! – делает замечание дочка, а та смотрит на нее с улыбкой, довольная заботой, но наминает одно пирожное за другим.

– Бери, а то сейчас не будет, – торопит новая знакомая, и все три женщины поглощают лакомство молниеносно.

Женщина постарше предлагает услуги иностранке, с которой они только что познакомились:

– Если хочешь сделать какие-либо косметические процедуры в Дубае, то приходи к нам.

– Да, ты решительно должна с собой что-то сделать, – поддерживает молодая, протягивая руку к сумке за визиткой и буклетом фирмы. – Я уже с первого взгляда вижу, что тебе нужен маникюр и педикюр.

Она делает губы бантиком, осматривая Дарью.

– Хуже всего волосы! Валлахи, ты что, никогда не пользуешься укрепляющими препаратами? – Женщина постарше тоже беспардонно критикует. – О таких тонких перышках нужно заботиться!

– И кожа, – вторит ей дочь. – У тебя кожа как терка!

Она проводит ладонью по плечу Дарьи, и та вздрагивает.