Таня Валько - Арабская сага

– Пивнушка?

Мухамад смотрит с удивлением на Джона, а тот только улыбается уголками губ, но Дарья ничего не замечает.

– Ты пьешь алкоголь, брат? – шепотом спрашивает пакистанец, хотя они могли бы запросто кричать у девушки над ухом, потому что сейчас она мало что понимает.

– Что же было в этих напитках… – Полька склоняется набок, после чего падает на подушки, совершенно опьяненная.

Джон здоровается с коллегой как с родственником, крепко обнимая его за плечи и целуя в обе щеки.

– Теперь мы можем поговорить. А пить алкоголь мы можем вынужденно, если у нас есть оправдание – высшая цель. Знаешь, что тогда это не считается грехом.

– Зачем же ты ее взял в такую дорогу, выполняя настолько тяжелую миссию? – снова задает вопрос Мухамад.

– Всегда может для чего-нибудь пригодиться.

– Ты случайно не влюбился в неверную?! – возмущается глубоко верующий мусульманин, в Европе слывший кобелем и закладывавший за воротник, особенно виски с джином.

– Она наполовину арабка, а если наша религия доминирующая и вскоре заполонит весь мир, значит, теперь ее можно причислить к приверженцам ислама. Еще немного подрессирую, изменю привычки и будет о’кей.

– Для чего она тебе нужна? У тебя таких и намного лучше, чем она, толпы. Во Франции и в Испании тысячи мусульманок.

– Но я люблю риск и обожаю предопределять человеческие судьбы.

Пакистанец приходит к выводу, что его единоверец и товарищ, известное лицо в «Исламском государстве», человек-хамелеон и ужас строптивых сирийцев и иракцев, а также всех неверных в их регионе, особа, поднявшая бурю в мировых медиа, – человек надменный и пробует играть роль Бога. Но они зашли уже вместе так далеко, что Мухамад не может отступить. Да и джихади Джон в жизни бы ему этого не позволил.

На следующий день Дарья просыпается с сильной головной болью. Слышен настойчивый звук, и только через некоторое время она понимает, что это телефонный звонок. Звук не смолкает, и она открывает один глаз, берет телефон с прикроватной тумбочки и прикладывает к уху.

– Ты жива, молодая пьянчужка? – слышит она веселый голос Джона. – На тумбочке стоит то, чем можно похмелиться. Выпей это скорее, потом тебя охватит слабость.

– Что это за дерьмо? – хрипит Дарья. – Если я выпью молоко, то блевону.

– Это индийский йогурт райта, антидот с приятным вкусом азиатских блюд, применяется при различного рода отравлениях. Приведи себя в чувство, потому что под отелем тебя ждет машина с водителем. Он отвезет тебя развлечься в центр Дубая, чтобы ты не слишком разочаровалась в этой поездке.

– Он меня отвезет? А что с тобой? Где ты вообще? – Девушка садится на постели и оглядывается, не узнавая ни места, ни обстановки. – Мы разве не вместе проведем эти чертовы каникулы?

– Мне нужно уладить кое-какие дела, но мы встретимся позже.

– Постой-постой, а где мой телефон?! – кричит она, не давая ему прервать разговор. – Это не мой аппарат!

– Не знаю, любимая, – шутливо отвечает Джон. – Не имею понятия, где ты посеяла сумочку. Может, ты помнишь?

Дарья чувствует иронию в его голосе. События прошлого вечера не отпечатались в ее памяти, а номер в отеле она увидела только сегодня. Вчера после прилета они оставили багаж на ресепшене и сразу направились в город. Сумочка все же была при ней в этой паршивой забегаловке, где ей подали только выпивку и не дали поесть. Как же она могла ее не взять? Или как это Джон мог ее оставить? Ведь он не мог ее не заметить?

– Нужно туда пойти и спросить, не находили ли они, – предлагает она самое простое решение, но ее снова забрасывают грубыми оскорблениями.

– Ради бога! Ты идиотка! Это Ближний Восток и азиатская забегаловка. Там если что-то теряется, то так тому и быть. Нужно хранить ценные вещи в жопе!

– Но у меня в сумочке был паспорт, кошелек с кредитной карточкой и деньгами и мой новенький смартфон…

Девушка начинает плакать, и слезы струями текут по ее опухшему лицу.

– Паспорт, слава богу, был у меня, а остальное ты просрала, – грубо говорит Джон. – А откуда у тебя вообще деньги?

– Марыся дала.

– Да? Дала тебе на обратный билет? – доносится до Дарьи взбешенный голос любовника. – Гребаная перестраховщица!

Парень орет во все горло, но через минуту берет себя в руки.

– Не стоит об этом думать. Сейчас же собирайся и езжай в город, – снова говорит он спокойно. – Водитель тебя отвезет, а я не буду экономить на твоих удовольствиях.

Дарья думает о том, что ее партнер непредсказуемый и неуравновешенный. Сначала кричит и оскорбляет ее, а через минуту его уже можно прикладывать к ране. «Такие мужчины делают из женщин рабынь, потому что у тех нет возможности их бросить, – проносится у нее в голове. – Они не могут от них отвязаться. Когда женщины уже принимают решение от них уйти, они показывают себя с лучшей стороны. Женщины остаются, чтобы через минуту снова мучиться из-за своей глупости».