Хелен Джонс - Если ты мне веришь

Я встал перед Кристен и взглянул на нее свысока, — я принесу вам что — то надеть, — удалось произнести мне, и я тут же удалился в свою комнату, оставляя Кристен все также сидеть в гостиной.

«И как мне только пришло в голову разрешить Кристен, остаться у меня?!» — этот вопрос преследовал меня всю ночь, но даже к утру, когда девушка снова поджав колени, сидела в своей палате, я так и не смог найти ответа.

Дождь не переставал лить, будто специально заставлял Кристен находиться со мной. И, конечно, заканчиваться он не собирался, что подтверждало его совсем неприятные мне намерения. Это только давало еще одну причину мне его возненавидеть.

Я шумно поднялся по ступенькам в свою комнату, где уже не спала Розалинда. Она смирно лежала на кровати, навострив свои мохнатые уши, и принюхивалась к какому — то новому для нее запаху. Вероятно, запах помоев Рози пришелся по вкусу, и она стремглав бросилась вниз к Кристен, не обращая на меня ни малейшего внимания.

— Рози, сидеть! — успел выкрикнуть я, но смех Кристен заставил меня утихнуть.

— Так вот ты какая, Розалинда, — смеясь, произнесла девушка, но ее веселье перебивал не менее радостный лай моей любимицы.

Взяв из шкафа домашнюю рубашку, я поспешил вниз. Кристен ласково дергала собаку за уши, пытаясь оторвать ее от своего лица. Но Розалинда упорно сопротивлялась. Вся ее морда была полностью спрятана в волосах девушки, в поисках «сладостей», доставшихся Кристен из помойки.

— Ну, хватит, Рози, на место! — строго скомандывал я, и собака послушно подошла ко мне, прося разрешения снова покапаться в голове той незнакомки.

— Извините ее, мисс Раян, она совсем не привыкла к гостям, и не умеет себя правильно вести, — произнес я, глядя на Розалинду, словно отчитывал ребенка за плохое поведение в обществе.

— Ничего страшного, доктор! — испуганно произнесла Кристен, словно боялась, что я и впрямь начну ругать своего питомца. Девушка взглянула на собаку, весело виляющую хвостом, но все же не решавшуюся подойти к ней, и добавила:

— Приятно познакомиться, Розалиндва, я Кристен, — она сказала это так добродушно, как знакомятся с действительно приятным человеком. Но чтобы это говорили собаке, я ни слышал не разу. От этого я даже немного усмехнулся, протягивая Кристен рубашку:

— Наденьте это, пока ваша одежда сушится, — стеснительно произнес я, отводя глаза, за что после корил себя: «до чего же я не умею нормально себя вести!».

Кристен кивнула, и я тут же поднялся снова наверх, в свою комнату. Розалинда, грустно опустив свою мохнатую голову, последовала за мной.

О чем можно было разговаривать с ней? Ведь Кристен совсем не могла поддержать какую — либо тему. Хотя, я даже не пытался заговорить с девушкой о чем — то серьезном. Да и выглядела она совсем не тдля серьезных разговоров.

Моя рубашка свисала на худенькой фигурке Кристен, что придавало ей некоего рода умиления. Я не мог разговаривать с ней грубо, но и на дружелюбный маневр я не спешил переходить. Единственное, что могло бы быть идеальной темой разговора — продолжение ее истории. Но Кристен молчала. Верно, не хотела рассказывать.

Девушка, укутавшись в плед, смотрела на дрожащий огонь в камине и, изредка, улыбалась, не отрывая взгляда. Тогда я чувствовал себя робким школьником, который не мог и двух слов связать. От чего — то мне так был страшен разговор с Кристен.

Но вот мисс Раян то было комфортно. В особенности, когда Розалинда, пытаясь уместиться на ее коленях, то и дело сползала на пол. Но девушка успевала схватить собаку и поднять снова на диван. Наконец, когда эта возня прекратилась, тогда и наступил тот момент, которого я боялся. Тишина. Даже Розалинда как назло не храпела так, как она это делает, находясь со мной. От этого я более чем просто был на нее зол. Но это стоило высказать ей после того, как женская человеческая душа покинет наше убежище.

— Мы так и будем молча сидеть, мистер Норвингтон? — наконец осмелилась нарушить тишину Кристен. Но лучше бы мы и дальше так продолжали сидеть, ни сказав, ни слова, а после пошли бы спать. Да, так было бы значительно лучше. А что мне было ответить на этот вопрос? И я снова сказал то, после чего гнобил себя еще несколько дней:

— Наверное, вам пора уже спать, мисс Раян, — только начал я, как, заметив на лице девушки по — своему глупую улыбку, тут же замолчал.

— Мистер Норвингтон, вам хочется спать? — сдерживая смех, проговорила девушка и, отвернувшись от меня на несколько секунд, чтобы убрать улыбку со своего лица, продолжила, — мне сегодня не спится.