Дарья Сойфер - Лайки вместо цветов

Костик вежливо рассмеялся и вскочил, чтобы отодвинуть стулья для девушек. Во время неловкого торопливого знакомства Матвей не сводил взгляда с Леры. Терпкая, как крепкий кофе, пряная, как индийская кухня, она гипнотизировала. Может, Власов знал об этом и выбрал ресторан неслучайно?..

– Ну, вот и встретились два наших одиночества, да, Настя? – Костя взял на себя роль тамады, и, если честно, Матвей другу не завидовал. Потому что Лера тут же посмотрела на Власова тем самым взглядом учительницы. Мол, правда, да? Домашнюю работу дома оставил?

С одной стороны, Соломатин радовался, что сам не додумался до такой банальщины, с другой – его раздражало, что Лера смотрит на кого угодно, только не на него.

– Вообще-то у Леры ларингит, – с какой-то подозрительной радостью сообщила блондинка. – И разговаривать ей нельзя.

– Вроде голос не хриплый, – прищурился Матвей.

– Это да. Уже идёт на поправку, лечение, всё такое. – Настя нахмурилась, как ребёнок, которого пугают Айболитом. – Но всё равно напрягать связки нельзя. Так что она у нас будет украшением стола.

– Как фаршированный поросёнок, – выдали Матвей и Лера хором и удивлённо воззрились друг на друга.

Это была самая странная фраза, в которой можно совпасть, и Соломатин понял, что даже рад сегодняшнему свиданию. Совместимость бывает всякая: сексуальная, психологическая, религиозная или политическая. Но найти женщину с таким же чувством юмора – шанс один на миллион.

Уголок Лериных губ дёрнулся вверх, и Матвей широко улыбнулся ей. Однако она тут же отвела взгляд. Словно злилась на себя за этот порыв. Что, чёрт подери, с ней не так? Какое-то предубеждение? Соломатин не мог ошибаться настолько сильно: он ей не нравился! Волны неодобрения, исходящие от Леры, были видны невооружённым глазом. Но что их вызвало? И зачем она пошла на свидание с человеком, который ей неприятен? Этого Матвей понять не мог.

Он уже собрался спросить её прямо, в чём дело, но Костик рта не закрывал. Трындел без перерыва и повторений и увивался перед Настей так, что тошно было смотреть. Хотя сам же всегда и говорил, что с хорошими девочками связываться себе дороже. Они, мол, грезят знакомством с родителями, совместным будущим и семейными обедами по воскресеньям.

– А я никогда не пробовала индийскую еду, – смущённо призналась блондинка.

– Я так и подумал! Люблю удивлять, открывать что-то новое… А ты знала, что традиционно в Индии едят руками?

– Но это же как-то… не гигиенично…

– Ничего подобного! Я научился этому во время последней поездки в Дели. Конечно, в ресторанах подают и столовые приборы, но на самом деле есть пальцами гораздо вкуснее. Не хочешь попробовать?

– Я даже как-то не знаю… – Настя покосилась на подругу, та равнодушно пожала плечами.

Лера наблюдала за брачными игрищами со смесью раздражения и снисходительности. Матвей понимал её: глядя на поведение Костика, легко было представить, как у него раздувается зоб, распушается хвост, а на темечке поднимается красный хохолок. И всё же Соломатина задевало, что Лера ведёт себя так, будто находится на другом уровне. Будто всё происходящее не заслуживает её внимания, и уже просто за один факт присутствия ей должны быть благодарны.

Матвей тоже бывал в Дели и пробовал есть руками. Никакого особенного удовольствия это не принесло. Более того, при всей кажущейся простоте наловчиться удалось не сразу, поэтому по собственной инициативе Соломатин больше ни за что не стал бы повторять экзотический опыт. Однако сейчас, глядя на Леру, ощутил острую необходимость хоть как-то вывести её из зоны комфорта.

– На неё можешь не смотреть, – с лёгкой насмешкой обратился Матвей к Насте. – Не станет она пачкать руки. Что поделать, не каждый решится на что-то новое… А я вот соглашусь с Константином. И тебе советую.

Лицо Леры вытянулось, глаза загорелись азартным огнём, и Матвей подавил довольную ухмылку. Он правильно выбрал болевую точку. Вряд ли бы у него что-то выгорело с бизнесом, если бы он не научился безошибочно считывать людские слабости. И с Лерой угадал: она явно была из тех, кого элементарно взять на «слабо». И не потому, что её волнует мнение других, нет, она костьми ляжет, чтобы доказать самой себе, что способна принять вызов. И Матвей поступил верно, не стал даже предлагать ей или уговаривать. Лениво констатировал её недостаток – и реакция не заставила себя ждать.

Лера посмотрела на Соломатина, нехорошо прищурившись, потом повернулась к Насте.