Стелла Грей - Гадалка для миллионера

– Да? Как только подкоплю – обращусь к тебе. По великому блату, – я прошла через арку и оказалась в уютной гостиной. Остановившись у одной из стен, уставилась на десяток больших фото из жизни великого и прекрасного Бастика. Он среди родных, он среди друзей, он среди коллектива, он – выпускник университета… Последнее фото особенно привлекло мое внимание. Десятка два парней и всего одна девушка, все в длинных зеленых мантиях и в шапочках с кисточками. Все ужасно разные, но объединенные отпечатком недюжего интеллекта на лицах. Вот прям как на подбор. И среди них Бастик с надменной мордой, серьезный и собранный, а в глазах даже на фото видны чертенята.

– Хорош? – он подкрался сзади и шепнул в самое ухо, напугав меня едва не до икоты.

Самое ужасное, что поймал на горячем – я и правда думала, как хорош! Ведь едва ли не лучше всех остальных… Но сказать подобное я бы точно не смогла – язык не повернулся.

– Слушай, это что за выпуск акселератов? – выдала как можно равнодушнее, словно и не почувствовала мурашек от того, как он аккуратно коснулся моих волос, запрявляя их за ухо. – И все такие напыщенные, важные, словно каждый минимум Пулитцеровскую премию получил.

– Это мои одногруппники. Выпуск примерно десятилетней давности. И все экономисты, Сисси. А Пулитцеровская премия – это награда в области журналистики.

– Пф-ф, – фыркнула я. – Плевать. На лицах сразу виден отпечаток родословной. Все детки богатых родителей, не так ли?

– Не так, – Бастик обошел меня, приобняв за плечи и тыча длинным пальцем в лица парней. – Томас. Красавчик, родители и правда богаты, но свой бизнес в Нью-Йорке поднял почти с нуля. Это Адам. Семья интеллигентная, но не богатая. Ему еще в университете пророчили лавры гениального финансового аналитика и оказались правы. Сейчас он преподает в университете Нью-Джерси и зарабатывает неплохие деньги на бирже. А это Тони… Видишь, у него самый презрительный взгляд? Он не очень вписался в наш коллектив, слишком нелюдим. Обучался за счет бюджета, ловил звезды с неба. Ему, как и Адаму, пророчили великую карьеру, но, закончив учебу, он тут же отправился в Канзас, где теперь занимается собственной фермой.

– Фермой? – ошарашенно переспросила я. – Элитный экономист?

– Ага. Считает, какой надой у его элитных коров.

Я еще раз удивленно осмотрела высокого спортивного молодого мужчину с фунтом презрения на благородной физиономии. Подобного ему скорее можно было представить в старинной гостиной, одетого в крутой костюмчик с бриллиантовыми запонками, а не на ферме с коровами.

– Такой… м-м-м… импозантный и такой странный… – с сожалением отметила я. – Вроде и хмурится, но это его совсем не портит. Брутал прямо.

– Ну, если считать странностью желание жить подальше от больших городов, много работать и как можно меньше встречаться с людской глупостью, то ты права.

Я с удивлением посмотрела на Бастика.

– Похоже, этого Тони ты выделяешь больше всего.

Впрочем, я жениха поняла по-своему. Он, похоже, втайне мечтал вот так же все бросить и свалить куда-то в закат. Все об этом иногда мечтают, а вот решается далеко не каждый. Я же смотрела на парнишку, понимая, что с годами такие становятся только лучше, породистее, что ли. Перед глазами прямо встала картинка: возмужавший Тони верхом на лошади в одних брюках, с голым торсом, в ковбойской шляпе и с кожаным хлыстом в руке… Мр-р-р.

– Не то чтобы выделяю, – вклинился в мои мысли Бастик, – но порой я завидую его упертости и четкому пониманию того, чего он хочет. А нравилась мне больше всех Скарлет. Но, увы, она, зная обо всех наших тараканах, избегала любых личных контактов, переходящих грани… ну, ты поняла.

– Умная девочка, – заключила я.

– Очень умная, – подтвердил Бастик. – И ты будь умницей, иди отдыхать, Мо. Я покажу твою комнату и оставлю тебя ненадолго.

О, это была спальня моей мечты. Небольшая, выдержанная в очень спокойной, практически однотонной цветовой гамме, с высокой широкой кроватью, на которой возлежало множество подушек и легкое летнее одеяло. Мебель выглядела компактной и в то же время вместительной, а свет с улицы был приглушен прикрытыми римскими шторами. Мне мгновенно захотелось нырнуть на мягкий даже на вид матрас, свернуться калачиком и погрузиться в самое приятное занятие из всех – уснуть, уткнувшись в одну из бесчисленных подушечек носом.

– Устраивает? – любезно уточнил Бастик, и без того видя мой восторг.

– Сойдет, – пожала плечами я, не удержавшись и скинув обувь, осуществляя часть задуманного. Матрас оказался даже лучше того, что я представляла.