Кен Фоллетт - Граница вечности

Но даст ли она интервью Джасперу?

Когда он добрался до дома на Грейт-Питер-стрит, Иви разучивала роль на кухне, облицованной красной кафельной плиткой. Ее волосы были небрежно заколоты, на ней была старая линялая рубашка, тем не менее выглядела она потрясающе. Джаспер поддерживал с ней теплые отношения. С тех пор как она по-детски потеряла голову из-за него, он всегда с добротой относился к ней, но никогда не подстрекал ее. Осторожничал он потому, что избегал кризисной ситуации, которая могла бы стать причиной разлада с ее великодушно-гостеприимными родителями. Сейчас он был даже рад, что с ней у него сохранились доброжелательные отношения, и только.

— Ну и как? — спросил он, кивнув на сценарий.

Она пожала плечами.

— Роль несложная, но сниматься в кино будет для меня новым испытанием.

— Может, я возьму у тебя интервью?

Она заволновалась.

— Предполагается, что реклама — это прерогатива студии.

Джаспер пал духом. Что он за журналист, если не сможет взять

интервью у Иви, хотя он живет у нее в доме?

— Это всего лишь для студенческой газеты, — сказал он.

— Не имеет значения.

Вдруг ему пришла в голову обнадеживающая мысль.

— Так-то оно так, но интервью могло бы помочь тебе поступить в театральное училище.

Она положила сценарий.

— Хорошо. Что ты хочешь узнать?

Джаспер подавил в себе чувство ликования. Холодно он спросил:

— Как ты получила роль в фильме «И это все о Миранде»?

— Я пошла на пробу.

— Расскажи мне об этом. — Джаспер достал блокнот и начал записывать.

Он не стал спрашивать ее о нудистской сцене в «Гамлете». Он боялся, что Иви попросит его не упоминать о ней. Впрочем, ему незачем было вдаваться в расспросы, потому что он сам все видел. Вместо этого он задавал вопросы о звездах, снимающихся в фильме, и других знаменитостях, с которыми она встречалась, и постепенно подобрался к Хэнку Ремингтону.

Когда Джаспер упомянул его имя, в глазах Иви вспыхнул характерный огонек.

— Хэнк самый смелый и преданный человек из тех, кого я знаю, — сказала она. — Я восхищаюсь им.

— Но ты не только восхищаешься им.

— Я обожаю его.

— И вы проводите вместе время.

— Да, но я не хочу распространяться об этом.

— Конечно. Никаких проблем.

Она сказала «да», а этого было достаточно.

Из школы пришел Дейв и сделал себе растворимый кофе с молоком.

— Я полагал, что рекламирование не по твоей части, — заметил он Иви.

Прикуси язык, привилегированный сопляк, подумал Джаспер.

Иви ответила Дейву:

— Это только для «Сент-Джулиане ньюс».

В тот же вечер Джаспер написал статью.

Когда отпечатанные страницы лежали перед ним, он понял, что материал годится не только для студенческой газеты. Хэнк — звезда, Иви — начинающая актриса, Ллойд — член парламента. Тянет на более солидную публикацию, подумал он, все больше волнуясь. Если бы он смог протолкнуть что-нибудь в крупную газету, это в значительной мере способствовало бы его дальнейшей карьере.

А также осложнило бы его отношения с семьей Уильямсов.

На следующий день он дал статью Сэму Кейкбреду.

Потом с дрожью в голосе он позвонил в редакцию таблоида «Дейли экоу».

Он попросил позвать к телефону редактора отдела новостей. Того не было на месте, и его соединили с репортером по имени Барри Паф.

— Я учусь на факультете журналистики, — сказал он. — У меня есть для вас материал.

— Так. О чем? — спросил Паф.

Джаспер на секунду заколебался. Ведь он предавал Иви и всю семью Уильямсов, тем не менее проговорил:

— Речь идет о дочери члена парламента, которая спит с поп-королем.

— Хорошо, — буркнул Паф. — Кто они?

— Могли бы мы встретиться?

— Наверное, ты хочешь получить деньги?

— Да, но это не все.

— Что еще?

— Я хочу, чтобы статья появилась под моим именем.

— Давай сначала мы ее посмотрим, а там видно будет.

Паф пытался настаивать на своем, как Джаспер с Иви.

— Нет, спасибо, — твердо сказал он. — Если вам не понравится, можете не печатать, но если решите опубликовать ее, то должны поставить мое имя.

— Хорошо, — согласился Паф. — Когда мы можем встретиться?

* * *

Двумя днями позже, за завтраком на Грейт-Питер-стрит, Джаспер прочитал в «Гардиан», что Мартин Лютер Кинг планирует провести массовую демонстрацию гражданского неповиновения в Вашингтоне в поддержку закона о гражданских правах. Кинг предсказывал, что в ней примут участие сто тысяч человек.

— Ну и ну! Хотел бы я посмотреть, — сказал Джаспер.