Лора Докрилл - Широкая кость

Это Алисия, она подбегает ко мне, закрывая рот ладонью. Жаль, что ее тошнит именно сейчас, потому что мне нужно попросить подписать заявление на мою стажировку. Черт. Я пытаюсь втянуть живот в то время, как она проносится мимо меня в туалет за кулисами. Я говорю «туалет за кулисами», потому что иногда мне кажется забавным воображать, что кофейня – это сцена, а подсобка и прочее находятся за кулисами, но теперь, когда я произнесла это, да еще попыталась разъяснить, понимаю, что ничего забавного в этом нет.

Она не добегает. На полу брызги рвоты цвета ванильного крема, они пузырятся, как растопленное масло, пузырьки лопаются. Фу. Еще и воняет. Алисия всегда какая-то пересохшая: на губах запекшиеся корочки, и вся она похожа на съеженную жареную треску. Может быть, она такая вредина из-за того, что ей всегда хочется пить? Брызги попадают на мои кеды фирмы «Конверс». Я этому даже рада. Мне требуется предлог, чтобы испробовать мои более удобные и менее фасонные старушечьи ортопедические сандалеты, которые я откопала в благотворительном магазине Армии спасения замотанными в эластичные бинты и купила за пятерку. Вот и предлог. Они лежат у меня в ящике – сейчас же и надену.

– Ой, Алисия, что с тобой? – Я наклоняюсь рядом с ней, стараясь говорить как чревовещатель, пытаясь не дышать и не вдыхать запах рвоты. Я приподнимаю ей волосы, как положено друзьям, но волосы у Алисии жиденькие и детские, даже ухватиться не за что, и потом, она мне не подруга. Может быть, сейчас самое время попросить ее разобраться с этими бумажками, чтобы я стала легальной стажеркой? Или…

– Неси тряпку, неси тряпку, – кричит она. Похоже, она так теперь и будет говорить, умножая каждое слово на два. – Никого не впускай, никого не впускай, – добавляет она. Так я и думала. Ну ладно, сейчас не время.

– Не впущу, не впущу, – отвечаю я ей в тон на всякий случай – вдруг мне захочется включиться в эту игру. Но нет, скорее похоже, будто я попала в какой-то кошмарный мюзикл.

– Алисия, может быть, позвонить кому-нибудь?

– Все хорошо, все хорошо. – Она вытирает губы.

– Может быть, твоей маме?

– Нет-нет, Биби, не нужно маме. – Ее передергивает. – К тому же в Оз звонить очень дорого. – Будь я менеджером кофейни, я бы каждый день звонила в Австралию по рабочему телефону с межконтинентальной линией. – Все хорошо, все хорошо, неси тряпку, неси тряпку, быстрее, быстрее, никого не впускай.

– Тебе ничего не нужно? Может быть, воды?

– Да, пожалуйста, – скулит она.

– Сейчас принесу тебе воды. – Я наливаю в свою щербатую кружку со 101 далматинцем (если держишь далматинцев, все непременно станут дарить тебе всякие штуки с изображением далматинцев) водопроводной воды над раковиной в стиле лофт – она у нас в туалете за кулисами, посетителям туда нельзя. Вода с шипением хлещет из большого латунного крана.

– Ой, нет, не надо мне этой гадости! – пищит Алисия, отпихивая кружку. Ничего удивительного, что ее тошнит. Никакого иммунитета от снобизма.

– А чем тебе не нравится?

– Я просто… я просто… может, лучше кока-колы? – Понятно, ее злоупотребление служебным положением в том, что она таскает напитки из холодильника на главной сцене «Планеты Кофе», а вовсе не треплется с Австралией по межгороду. Она все еще сидит на полу. На ней джинсы в обтяжку, туфли на «школьном» каблучке, полосатая футболка. Из ближайшего торгового центра, с претензией на французский стиль, но слегка смахивает на форму сотрудников «Пицца-Экспресс». Дешевая ткань так выношена, что уже просвечивает на груди, демонстрируя пестрый узор лифчика.

– Сейчас принесу тебе воды, – успокаиваю я ее.

Я иду в переднюю часть зала. Народу полно. У нас всегда полно народу. Полно «землян», как прозвала их Алисия (иногда называет так и нас, если мы, по ее мнению, мало работаем, – как будто инопланетяне угрожают нашим рабочим местам и мы вынуждены снова стать людьми).

– С ней все в порядке? – Это Макс. Очередной инопланетянин с «Планеты Кофе». Симпатичный, конечно, инопланетянин, но сейчас, ясное дело, не до этого. Так что хватит о нем.

– Похоже, в порядке. – Я утаскиваю бутылку воды из холодильника и невольно ухмыляюсь. Потому как есть у меня тайное подозрение, что Алисия беременна.

Беременс-Макгременс. Фу, чушь какая. Вычеркивать поздно, да? А знаете, что это значит? Что «Планете Кофе» придется искать нового менеджера. Так что я могу метить выше, чем какая-то дурацкая стажировка, – и пусть Джулиана из службы занятости кондрашка хватит.