Константин Ханькан - Кэлками. Том 1

— Слышишь, Акулина, вынеси-ка мне кусок рыбьего хвоста, чтобы Поктрэвкана приманить, а то он так не поддастся. По привычке начнет между оленями скрываться и прятаться, — крикнул Кэлками жене.

— А может, от юколы кожу дать? — отозвалась Акулина из палатки.

— Да нет, лучше хвостик строганины отломи, запаху будет больше.

Кэлками затолкал за пазуху кусок рыбьего хвоста и пошел по затвердевшим следам оленей. Перейдя глубокий овраг, цепочкой протоптав всего одну тропу, олени спокойно откапывали копытами сыпучий снег, добираясь до холодного ягеля. Некоторые животные уже наелись и теперь лежали на снегу. Завидев подходившего хозяина, олени, потягиваясь, лениво стали подниматься с лежанок. Некоторые глухо урчали от удовольствия и тяжести в переполненных желудках. С краю от всех находился Поктрэвкан. Увидев Кэлками, верховой олень настороженно поднялся, помотал заснеженной головой и подозрительно стал смотреть на него, дожевывая вырванный из-под снега комок ягеля, прежде чем проглотить его.

При этом верховой косился на хозяина, стараясь угадать его намерения.

«Смотрит, нет ли у меня аркана в руках», — догадался Кэлками и спрятал поводок под мышку.

Он сделал вид, что просто прогуливается и Поктрэвкана ловить не собирается, медленно наискосок приближаясь к тому. Поктрэвкан перестал жевать. Все вьючные олени охотника любят рыбу. Поэтому Кэлками не показывал приманку преждевременно, иначе олени сбегутся и будут мешать ему верхового поймать. Он остановился, не подходя близко к Поктрэвкану, и достал обрубок рыбьего хвоста. Затем, собрав обильно слюну на поверхности своего языка, как водой забулькал, подзывая ездового оленя к себе: «Кыв-кыв-кыв! Кыв-кыв-кыв». Кэлками тихонько махал обрывком рыбы, показывая, что в руках вкусное лакомство. Услышав знакомый звук и чувствуя, что хозяин принес лакомый кусочек, все олени во всю прыть помчались к Кэлками, перегоняя друг друга, зная, что не каждому достанется вкусная рыбка. Однако вперед всех подбежал Поктрэвкан. Не давая пока рыбу, Кэлками сразу взял левой рукой Поктрэвкана за шею и быстро накинул поводок, прежде чем тот опомнился. И только теперь отдал ему рыбу. Остальные олени скучились вокруг Кэлками и, сердито толкая друг друга боками, протискивались к хозяину, почуяв запах рыбы. Тем временем Поктрэвкан уже с аппетитом жевал мерзлый хвост хариуса. Кэлками повел верхового к палатке. Солнце уже взошло, и надо было торопиться.

Когда Кэлками привел ездового оленя к палатке, печка уже погасла и матерчатая дверь палатки была придавлена дровами.

«Ушла уже и собаку с собой взяла. Молодец все-таки она», — подумал он о жене, довольный таежной сноровкой Акулины.

Не задерживаясь, Кэлками оседлал ездового и, закинув за спину винтовку, сел в седло. Он направил Поктрэвкана на тропу, по которой олени ночью прибежали напуганные и, опершись на посох, закинул левую ногу на седло, легко сел на оленя и, негромко цыкнув, слегка стукнул пятками по упругим бокам Поктрэвкана. Тот сразу с места пошел на быстрый шаг. Вот и угол следов, откуда ночью начали убегать олени. Так и есть. Два следа, тянувшиеся из глубины леса, смешались со следами убегавшего стада. Два крупных волка подошли к спокойно кормящимся оленям и сходу кинулись на них. Испуганные олени напрямую понеслись к палатке, которая была поблизости. Да и колокольчики задребезжали, привязанные к шеям оленей, что немало озадачило хищников. Волки, немного пробежав за оленями, остановились, не решаясь преследовать их дальше и, потоптавшись на месте, ушли к сопкам, обходя палатку с левой стороны.

Поктрэвкан шел быстро, не чувствуя на спине седока. Вскоре начали попадаться следы белок. Опытный глаз Кэлками без труда определял, свежие это следы зверьков или старые и куда ушла белка: домой к гайну или на утреннюю кормежку. Охотник хорошо знал, что после нового года, когда дни пойдут на прибыль и сильные морозы начнут отпускать, белки подолгу могут бродить по лесу и не сразу возвращаться к своему гайну. А в декабре-январе белка старается побыстрее поесть повешенные на ветки еще с лета сухие грибы и сразу вернуться назад. Поэтому в холодные месяцы зимы Кэлками ищет только гайна, чтобы не гоняться по лесу за белкой. А так — подошел к беличьему гнезду (гайну) или на верховом олене подъехал, чтобы шаркнуть по коре лиственницы концом посоха, и белки стремглав выскакивают из теплого насиженного гнезда, подумав, что какой-то хищник подбирается к ним по дереву. И подняв свои длинные хвосты вдоль спины, быстро бегут к вершине дерева и садятся на ветку. В этот момент Кэлками слезает с седла и, спокойно прицелившись, стреляет в круглую головку зверька. Белка падает в глубокий снег.