Евгений Князев - Красный пассажир

— У нас все в порядке, пассажиры утихомирились и разошлись по каютам, так что все о, кей, начальник.

Смагину не хотелось признаваться, что ему мерещатся какие-то звуки. — «Еще подумают — глюки, после пьянки покатили», — поэтому Игорь снова дружелюбно кивнул и улыбнулся, — ну-ну, несите вахту, а вы, господин Москвичев, после завтрака загляните ко мне, дело есть, надо потолковать.

И тут он вновь услышал далекие завывания.

— Ребята, вы что-нибудь слышите? — Игорь, словно спаниель, повел носом, — как же вы не слышите, ведь кричит кто-то.

И тут он увидел, поднимающегося с нижней палубы доктора Артюхова. По его воспаленным глазам, всклокоченной седой шевелюре и потертому виду измотанного в конец человека, Игорь сразу все понял.

— Что, Васильич, не выдержала наша Анюта?

Артюхов опустил голову и невнятно прошептал.

— Я бессилен что-то сделать, нужен хороший хирург и стационар, иначе загубим девку.

— Где я тебе возьму хорошего хирурга в открытом море, — Смагин от души выругался, отчего Катерина вздрогнула и подняла на начальника испуганные глаза. Она бы в жизни не подумала, что Игорь может ругаться такими грязными словами.

— Да, мать вашу повторил Игорь, чему вас только учили в институте, даже роды принять не можете, — Игорь зашел в администраторскую кабину и набрал номер капитана.

Смагин сам не заметил, как оказался на ходовом мостике, настолько быстро он проскочил по крутым и хорошо изученным трапам и узким коридорам судна.

— Как вахта, ревизор, что так разогнал пароход, — не удержался он, чтобы не уколоть вахтенного помощника, — можешь прямо сейчас выдать наши точные координаты. Второй, не спеша, включил поярче подсветку на штурманском столе и указал измерителем точку на карте, — пять минут назад нанес, только что зашли в Сангарский пролив, через полчаса будем на траверзе Хокодате.

— Отлично! — Смагин, словно хищная птица, раскинув руки, распластался над картой Японских островов Хоккайдо и Хонсю, разделенных узким проливом. — Как считаете, можем мы их береговую охрану достать по УКВ.

— Наврядле, далековато, — второй измерителем снял расстояние до ближайшего мыса, — тридцать пять миль, они в такое время под берегом дрейфуют либо на базе дрыхнут, но на аварийных частотах можно попробовать через начальника рации и, пожалуйста, обговорите этот вопрос с капитаном.

— Будет тебе и капитан, и приказ, а пока просчитай, сколько ходу до Хокодате. Вы уже, наверное, в курсе, что у нас на судне баба на сносях, никак разродиться не может. Требуется хирург и операционная палата, у нас на пассажире ни того, ни другого. Будем просить разрешения на заход в порт.

В эту самую минуту на мосту появился капитан Семенов. Игорю показалось, что капитан сегодня и не ложился в кровать настолько свежо он выглядел. На фоне черного кителя, накрахмаленный воротничок рубашки отливался синеватой белизной, стрелки, хорошо отутюженных брюк поблескивали, словно лезвия ножей. «Гляди, буфетчица, как спохватилась» — ухмыльнулся Смагин, — небось, с четвертым помохой по службе далеко не уедешь, побаловались и, будя, надо свое место на судне знать.

Семенов, как всегда, не здороваясь ни с кем, прошелся по мосту, для приличия взглянул в источающий миллионы электронов, зеленый монитор локатора и, развернувшись к Смагину, спросил.

— Что, начальник, подвела тебя рыбачка, я ведь предупреждал, старика не проведешь. Да, чего уж там, идемте в радиорубку, надо выходить на связь с японцами, — Семенов немного замешкался, затем отозвал Смагина в сторону.

— Игорь Львович, я надеюсь, вас учили вести переговоры, так вот вам и карты в руки, — он улыбнулся так, как улыбаются самым близким людям, — считайте, я дал вам добро, только вот сделаю пометку в вахтенном журнале своей рукой, а вы пока договаривайтесь с властями. — В полумраке помещения блеснули его веселые глаза. «А вот теперь мы поглядим, начальник, каково это договариваться с иностранцами. Это тебе не начальник промрайона и не капитан Калугин, здесь без денег никто с тобой и разговаривать не станет» — предчувствуя торжество, Семенов похлопал Игоря по плечу: «Ер вэлкам, господин начальник!»

Игорь понял иронию капитана, который очевидно предвкушал удовольствие после того, как со Смагиным откажутся вести переговоры из-за незнания основ переговорной лексики в морской телефонии. Но здесь он очередной раз ошибся и, хотя Смагин не знал английских выражений «рожать» или «требуется кесарево сечение», но он мигом сориентировался.