Эли Фрей - Дурные дороги

Тошка спокойно сказал:

– Незаконными, согласен. Но мне нгавится их подход. Они наказывают плохих, Сова. И хотят изменить миг. Это кгуто.

– Точно передумал уходить?

– Пегедумал. Пока что. Но еще несколько таких ужинов ― и я отбгошу коньки.

Он потрогал свой живот, тот ответил недовольным урчанием. Мой тоже урчал.

Настроение было нерадужным. Дело не принесло особой добычи. Но вскоре нам наконец повезло.

Мы втроем наблюдали, как парни и Ника мчатся к автобусу. Они со смехом ввалились в салон, сияя, как новогодние елки.

– Рвем когти! Быстро валим отсюда! ― закричал Игорь.

– Что? В чем дело? ― спросила я, когда Аня нажала на газ.

Но они молчали, будто издеваясь над нами.

– Не томите душу! Сколько?

– Четыре тысячи баксов! Налом! ― гордо сказал Игорь.

– Что? ― ахнула я. Тошка присвистнул.

Юрец вдруг сгреб его и меня в охапку и по очереди поцеловал в макушки.

– Дед Мороз принес вам подарочки! Живем, братцы!

– Как? Откуда такие деньги?

– А мы знаем? Тачка с виду ― настоящее корыто. А чувак не простой оказался. В бардачке мешочек, а в мешочке ― четыре тыщи баксов. Наверняка мы наткнулись на какого-нибудь крупного барыгу. Это удача, парни! ― Юрец затрясся от радостного возбуждения, потом обратился к нам с Тошкой: ― Вы не подумайте, что такая рыбка часто ловится. Первый раз… Обычно если тысяч десять в рублях находим ― это уже богатство. А тут… Такое бывает раз на миллиард лет. Таких бабок больше не увидим. А жаль! Так хочется!

Как можно слить за день четыре тысячи баксов? Очень просто, если арендовать огромный коттедж с сауной и бассейном. Скупить целый продуктовый магазин и организовать неиссякаемый бар. Нанять повара и пригласить местную рок-группу. А также позвать на вечеринку половину пляжа.

У бара ― садового столика, уставленного бутылками разного калибра, ― Игорь и Юрец экспериментировали с коктейлями; иногда у них получалось что-то стоящее, а иногда ― редкое дерьмо. Ника и Аня в купальниках плясали на лужайке под живую рок-музыку. Весь сад был полон незнакомых людей. Кто-то танцевал, кто-то играл в «Твистер», кто-то, распаренный, бежал из сауны в бассейн, кто-то крутился с тарелками у мангала, где повар делал шашлыки и овощи на гриле. Ден развалился в любимом раскидном кресле. Мы с Тошкой уже напрыгались под музыку, устали париться, есть и играть. Поэтому остаток вечера провели, как тюлени, в бассейне, развалившись в огромных надувных кругах.

Несколько следующих дней мы жили безбедно, допивая и доедая то, что осталось после вечеринки. Но вот, мы снова сидели на берегу и, слушая свои музыкальные животы, переругивались и огрызались друг на друга.

– Почему бы не оставить немного про запас? ― ворчала я.

Эти ребята совсем не думали о завтрашнем дне, жили моментом.

– Зачем? ― пожал плечами Игорь. ― Вдруг завтра никогда не наступит?

– Просто девчонки плохо стараются, ― сказал Юрец.

– Это я плохо стараюсь? ― взвилась Ника. ― Моя часть работы, между прочим, самая противная. На мне вообще весь риск! Благодаря мне мы и выживаем весь последний месяц. А вот Аня что-то никого не приводит. Может, к ней будут все вопросы?

– Ее не трогай, ― огрызнулся Игорь. ― Она принесла нам целую кучу бабок, на которые мы купили автобус и безбедно жили три месяца.

– Но это время прошло, Игорь! Может, ее стоит пускать на дело почаще? Она почти ничего не делает, ее выпускаем, только когда я совсем валюсь с ног, и работает она «на отвали».

– Я нормально работаю! ― возмутилась Аня.

– Аня не всегда сгодится. Она выглядит на восемнадцать, ― напомнил Игорь. ― А полезная «рыбка» у нас обычно ведется на малолеток.

– Почему же? ― Юрец поддержал Нику. ― Сделать прическу, подобрать одежду ― и будет смотреться Лолитой.

– А что вообще делаете вы двое? ― Ника обратилась к Игорю и Юрцу. ― В основном, все на мне и Дене. А вы так, для подстраховки.

– На что ты намекаешь? ― взбрыкнул Юрец.

– На то, что полезных людей в нашей компании только двое. Я устала, Игорь. Устала рисковать! ― закричала Ника. ― Мы с Деном всегда в эпицентре.

– Не ссорьтесь, ребят. Вообще я тоже, если что, сгожусь… ― робко сказала я.

Все посмотрели на меня.

– А что? ― одобрил Игорь. ― Ника, обучи новенькую.

– Нет. Даша не будет ввязываться в это, ― отрезала Ника.

– Но почему? ― спросила я с детской обидой.

– Потому что это дерьмо, Даш, в прямом и переносном смысле. И если есть шанс, что хотя бы кто-то из нас не погрязнет в нем, надо пользоваться.