Речь теперь идет только о том, будут ли благотворные результаты моей болезни действовать и тогда, когда я буду совсем здоров. Так как чувствую, что еще одно подобное лечение болезнью мне уже не перенести…
2 февраля .
Сегодня я уже был здоров. Засыпая, слышу царапанье в дверь. «Это Слон или Лев», — сказал я сам себе, забыв в сонном состоянии, что они уже почили в Бозе. — Открываю — Она!.. Дальше уже ничего не помню… Мне кажется, что она меня вроде как изнасиловала…
Понемножку с ней буду каждый день обедать… Хи-хи-хи-хи.
3 февраля .
Я до сих пор не потерял веры в науку. Еще осталось немного порошку. Доктор мне строго запретил принимать более полчайной ложки. Но потому что его советы по большей части были глупы, видимо, глуп и его запрет. И, приняв геройское решение, я проглотил все лекарство, которое было рассчитано еще на три недели.
— Завтра я проснусь мертвым. Пускай! Дай Боже, чтобы я после этого земного чистилища проснулся у тебя на небе. Га! Все внутренности у меня сжимаются, страшная боль — ужас, ужас, пришел мой конец…
4 февраля .
Я очнулся не на небе, а в своей постели. Ну а если эта постель стоит где-нибудь на небе? Что если мне только снится, что я очнулся? Ведь я должен быть мертвым, мертвым… А я чувствую себя так божественно, так прекрасно! Никогда я не испытывал такого очаровательного чувства! Выскакиваю из постели, танцую и пою… Камердинер мне приносит завтрак: берлинское печенье…
Ах ты, психопатологическая свинья!.. Но я чувствовал себя все время так прекрасно, что считал себя спасенным от злого духа, окончательно, раз и навсегда.
Однако, в позднее послеобеденное время, когда я шагал по коридору, мне кто-то резким движением положил руку на плечо. Оглядываюсь; нигде никого. Пошатываясь, вхожу в ближайшую дверь — Хельга стоит передо мной, с поклоном протягивая мне руку и хохоча: «Вот как я вас обогнала, а?..»
6 февраля .
Наука обманула меня, и я решил найти убежище в суеверьях. В Берлине живет известная колдунья по имени Эсмеральда Кармен Кюмист, дочь пастора и цыганки. Говорят, творит всевозможные чудеса. Сегодня же туда поеду.
7 февраля .
Итак, я у нее был. Опять инкогнито, потрепанный помощник пекаря. Я увидел 45-летнюю женщину, высокую, с классическим, строгим, прямо даже величественным лицом; какой контраст по сравнению с дурацким глупым чурбаном Вехсельбалгом! И ей я рассказывал о солодильщике, которому я надавал пощечин.
— О, здесь легко помочь, господин мой любезный! — воскликнула она, и ее голос звучал ангельски убежденно; — вы разом излечитесь, — однако — однако — это будет стоить много денег…
— Много ли?
— Ах — 15 марок!
— Так много? Господи, где я их возьму?
— Ну, господин мой любезный — из любви к ближнему я это сделаю для вас за 12 марок…
— А за 10 нельзя?..
— Ну ладно — во имя Господа Бога, за 10! А теперь ликуйте, господин! Во имя солнца, творящего благо на нашей земле, дьявольская сила власть свою над вами потеряет! Всесильно средство мое!
И она принесла из шкафа обычный орех, обмотанный суровой нитью.
— В этом орехе заключены, ваше благородие, вещества таинственные, редкостные, каких не рождает наша земля. Здесь находится помет змеи, который, представляя собой выделение на цвет папоротника, в лесу сосновом в январе свет увидел. Далее слеза гориллы. Item [8] Далее ( лат .).
— бриллианта пот, который, прежде чем, в страхе смертельном, в жару чрезмерном, возгореть, обратно на солнце — чрево свое материнское — упадет. И, наконец, красной планеты Альдебарана лучи, в стеклянную ловушку пойманные. На все это повеяло дыхание девственницы, которая уже 13 детей родила, мужчиной не тронутая. Главное, однако, перышко здесь есть от лягушки, прекрасной, как улыбка девы подросшей, что бывает только раз в сто лет; трижды, четырежды блажен тот, кто найдет его как раз в тот момент, когда лягушка потеряет его, кто, поднявши его, тут же поцелуй на нем запечатлеет; тот владеет несметным богатством мира. Орех этот дивотворящий, имя его podex romanus [9] Римская задница ( лат .).
, вы должны его всегда на сердце своем носить и никогда вовнутрь его посмотреть не смеете, а то вещества в нем находящиеся силы свои целебные потеряют, а вы тяжко-тяжко заплатите за грешное любопытство и неверие свое. Ибо только вера дает блаженство, неверие есть пагубный принцип, вера только и есть то, что лечит, о чем, однако, ученые понятия не имеют. А если, невзирая на талисман, вами овладеет когда-нибудь этот страх, все время только повторяйте громко: «Призрак, а ну-ка в жопу прыг!» Если и после этого не исчезнет страх ваш, кричите эти слова еще громче; а если и это не поможет, орите до тех пор, пока дом не будет сотрясаться. Вы спасены, господин!
Читать дальше