Евгений Бузни - Джалита

— Как мы можем говорить о текучести кадров на других предприятиях, если в самом горкоме комсомола его состав за последние два года трижды почти полностью менялся? В промышленном отделе меня сменил Юра Губанов, а его Юра Меньшиков, затем Кацыка Валера; в школьном отделе после Ларисы Соколовской, ставшей вторым секретарём, работали Соболева Лена, а потом Бондарева Люда; в отделе пропаганды после Дроздова Кости работали Калицева Аня и Буряковский Витя; в секторе учёта друг за другом сменялись Дмитриенко Валя, Клиндухова Нина, Лысенко Галя, Начвинова Люда и Кудинова Оля. Сейчас Оля тоже уже не работает. Уволена после пленума за неуживчивость характера.

Хочу остановиться на основной, как мне кажется, причине этой текучести кадров. Прежде всего, очень плохо обстоят дела с подбором кадров. Так в марте этого года в сектор учёта взяли на работу Начвинову Люду, а в начале мая она уже уволилась. Проработав всего около года, ушли Соболева, Губанов, Клиндухова, Лысенко. Причём причины их ухода не всегда были вескими и уважительными. Так, например, Калицева вынуждена была уйти «по собственному желанию», так как узнала, что Никульшин ищет ей замену, полагая, что она, выйдя за муж, не сможет по-прежнему хорошо работать. Она обиделась и ушла сама.

Все в нашей комсомольской организации заметили, что с приходом Юры Никульшина в горком комсомола основной задачей работы горкома стало не организация жизни комсомольцев города, а сбор комсомольских взносов. Оценка работы комсомольских организаций начинается и заканчивается суммой сданных взносов, а не комсомольскими делами.

Теперь хочу остановиться на других методах работы нашего первого секретаря Никульшина.

Лариса Соколовская, поднявшись в президиуме, попыталась прервать выступление по причине регламента, но зал уже всё понял и проголосовал за продолжение выступления, и Женя опять говорил:

— Всем нам известна необузданная грубость Никульшина. Об этом я лично говорил ему после одного из заседаний бюро горкома. Тогда он согласился со мной и сказал, что учтёт замечание. Однако изменений в его поведении не произошло. В связи с этим ещё в прошлом году о грубости Никульшина написала наша республиканская газета «Комсомольское знамя». И это не подействовало на Юру. А на бюро горкома он прямо заявлял комсомольским руководителям: «Возражать мне — это политически неправильно. Если я ошибусь, меня поправят выше».

Деспотическая натура Никульшина особенно ярко проявилась во время его недавней поездки в Чехословакию, в которой он был назначен руководителем комсомольской группы. Все участники поездки были поражены и возмущены безотчётной грубостью Никульшина по отношению к членам группы, недостойным поведением не только как руководителя, но и просто как советского человека, его бестактным отношением к нашим чешским друзьям. Вот передо мной письма участников этой поездки. Одно из них от гида русской группы.

Она пишет:

«Мы написали на Никульшина такой отчёт, что ему бы было очень плохо, когда бы прочитал. Надеюсь, что наше бюро напишет свой отчёт в этом смысле к вам. Мы там написали, что, если бы мы получили такого руководителя, то плакали бы всю поездку. Написали, что у него был феодальный взгляд на политическо-правовое руководство группой, что он держал деспотический порядок и так далее».

А вот что пишет секретарь комсомольской организации Симферопольской городской библиотеки Зимира Цикалова:

«Да, очень неприятно работать с такими людьми, как Никульшин… Но мне ещё не понятно, как это вы все там до сих пор не поставили его на своё место. Ведь уже давно кончились времена самодуров… Везде, где нужно, он получил от меня характеристику, которую заслужил. Думаю, что такую власть, о которой он без конца говорил всем, он больше никогда не получит… Он почти всю группу принял за оловянных солдатиков и, очевидно, поэтому применял палочную дисциплину. Много говорил о достоинстве советского туриста, и сам уронил его первый».

Потом Женя зачитал ещё одно письмо из Севастополя, адресованное непосредственно горкому комсомола и тут же передал его в президиум. Говорил не только о Никульшине, но и о втором секретаре, отличавшейся главным образом интригами и умением сваливать ошибки своей работы на других. В зале стояла мёртвая тишина. А Женя продолжал:

— Но, товарищи, не только невоспитанность и грубость наших секретарей является их характерной чертой. Бесчеловечность их поступков возмущает до глубины души. Это по их вине приезжающие на отдых в Ялту группы пионеров вынуждены тратить много часов и нервов на поиски тех, кто поможет им в устройстве ночлега, в то время как отвечающая за школьный сектор Лариса Соколовская запирается в своём кабинете, передавая через инструкторов, что её в горкоме нет. Это Никульшин и Соколовская уволили из сектора учёта Дмитриенко Валю, хорошо зная, что она в положении беременности. Больше того, расставшись с нею, Никульшин пытался помешать ей устроиться на новую работу вместо того, чтобы оказать помощь.