Стефан Серван - Сириус

От удара Авриль Нолан упал навзничь за ворота. Парень звонко шлепнулся в лужу.

– Ты что творишь? – яростно зашипел подросток.

Авриль подошла. Дождь хлестал ее по лицу.

– Ты вернешься домой к отцу. И никому не скажешь об этом ни слова, ты понял? Больше не заикайся о Черных Звездах. Никогда. Выкинь всё из памяти сейчас же!

Поскальзываясь в грязи, подросток с трудом поднялся, не обращая внимания на колотивший его дождь. Нолан смотрел на Авриль со странной улыбкой.

– Это проверка, да? Хочешь проверить мою преданность. Что ж, прошу прощения, что назвал себя избранным, ведь я пока не в числе Черных Звезд. Но я докажу тебе, что стану достойным членом, пойдем. – И он направился к кирпичному строению в самой глубине двора. – Пошли, я кое-что покажу.

Авриль помотала головой.

– Иди домой.

Подросток вернулся и прошептал ей в ухо:

– Как думаешь, почему мой отец был к вам так добр? Тебе это странным не кажется?

– Что ты хочешь сказать?

– Пойдем, Авриль, и я покажу.

Под ливнем они добежали до крайней постройки двора. Нолан включил фонарик.

Авриль дрожала и от холода, и от страха. Этот подросток был конченым фанатиком. Девушка чувствовала, что он готов абсолютно на всё, и не знала, как его вразумить. Парень был уверен, что Авриль пришла за ним. Зачем? Увести далеко-далеко? Подальше от фермы и отца? Как объяснить Нолану, что она больше не имеет с Черными Звездами ничего общего? Как дать понять парню, какое это счастье – иметь живого отца?

– Сюда, проходи. Она никогда отсюда не выходит.

Нолан повел Авриль между старых стойл с низкими бетонными перегородками, крошащимися от сырости. Здесь еще пахло животными, хотя они давно исчезли. Пол был покрыт слоем соломы вперемешку с сухим навозом. От каждого шага в воздух поднималась пыль, так что в носу свербило. Подросток завел Авриль в дальний конец. Грохот ливня стал глуше. В луче фонаря Авриль увидела будку из грубых досок. Оттуда шел крепкий запах мочи, кала и пота. Нолан указал девушке на дверцу с квадратным отверстием.

– Она внутри. Погляди.

Авриль осторожно подошла к будке. На ней висел большой замок.

Тогда она заглянула в дырку, выпиленную в досках на высоте человеческого роста.

Сперва девушка видела только темноту, пропитанную тошнотворной вонью.

Потом звякнули цепи, и проступило нечто живое, нелепое, уродливое.

Это была свиноматка с розоватой щетиной.

Два слепых глаза. Облезшая до крови голова. Брюхо волочится по земле, а серые соски похожи на отвратительный шлейф. Удивительно длинное рыло в слизи и экскрементах.

Свинья подняла на девушку слепые глаза. Авриль отпрянула в ужасе.

– Это Роза. – Подросток сплюнул. – Мамина свинья. Отец никак не мог с ней расстаться. Роза таскалась по ферме годами. Я говорил отцу, что нельзя было ее выпускать. Похоже, Роза сожрала что-то зараженное и наполовину рехнулась. Стала злобной. Открой мы эту дверцу, уверен, она нас сожрет. Но отец оставил ее жить в будке, вот мерзость. Когда я увидел вас у пруда, с поросенком, и рассказал отцу, он решил, что для Розы это самое то.

Авриль тряхнула головой, она ничего не понимала.

– Отец, милый, по-твоему, человек, сказал мне: «Нолан, пойдем туда и заберем поросенка. Если он мальчик, посадим его к Розе, и у них родятся детки. Проклятие будет снято». Вот только я не знал, что у вашего старика ружье и он станет вас защищать. А так как мой отец – трус, убить вас не решился. Подумал, что проще будет украсть поросенка, пока все спят. Но вы отказались ночевать в доме. Поэтому отец послал меня проверить, все ли спят под навесом. Он ждет, когда я вернусь. И тогда пойдет красть вашего поросенка.

Авриль немного шатало, она оперлась о будку. Изнутри послышалось хрюканье.

Подросток порылся в кармане, достал ключ и вставил в висячий замок.

– Главное, пока не открывай, – сказал он Авриль. – А то сожрет тебя.

Нолан отошел, оставив девушку в темноте. Два белых глаза качались в отверстии как две луны.

Вдруг алая вспышка прорезала ночь снаружи.

Авриль увидела Нолана с какой-то раскаленной палкой в руке, а в небе – отблеск сигнальной ракеты. Что он такое задумал?

Авриль побежала к выходу через лабиринт стойл, но в темноте споткнулась обо что-то и еле успела ухватиться за бетонную перегородку. С ужасом девушка увидела, что это было тело Джаспера. На горле зияла глубокая резаная рана.

Перед глазами у Авриль всё поплыло. Труп пса воскресил давние, но по-прежнему тяжкие воспоминания. Она сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться.