Стефан Серван - Сириус

– Жорис говорит правду, – подтвердила Мэгги. – Мы с ним, потому что нам идти больше некуда. До сих пор было что есть, но теперь мы подыхаем с голоду. С Черными Звездами покончено. Со всем покончено. Я сомневаюсь, что сам Дарий до сих пор в это верит. Или он спятил.

Парень добавил:

– Когда была еда, мы держались с ним. Мы просто хотим есть, как и вы. Все хотят есть. Уже сколько недель мы жуем одни корни да траву. Ну а мясо мы уже сто лет не ели, так, Мэгги?

Девушка кивнула. Лезвие в ее руке дрожало у самого горла Малыша. Мальчик больше не двигался. Он сверлил Авриль взглядом.

Жорис облизал пересохшие губы.

– Мы голодны. А эта свинья, черт побери, это подарок небес! Ну а раз так, то им можно и поделиться, верно? Мяса слишком много для вас, слишком много для нас. Но для четверых – самое то.

Так как Авриль молчала, парень продолжал:

– Если вас устраивает, я могу сам зарезать свинью. Я знаю, как это делается. Когда я был подростком, то всё это видел. У моего деда была ферма. Он знал, как правильно делать, и показывал мне. Я мяса не испорчу, обещаю.

– Поделим еду и ничего не скажем Дарию, – добавила Мэгги. – Клянемся, ни слова про то, что видели тебя.

Животное издало жалобный стон, будто всё понимало. Авриль знала, что девушка без колебаний перережет Малышу глотку, стоит ей только дернуться.

– Времена для всех тяжелые, – вздохнул Жорис. – Надо помогать друг другу. Ведь мы похожи. Мы не звери, верно? Мы люди, братья. Мы умеем делиться. Нам необходимо делиться.

Авриль терзали и слова Черных Звезд, и умоляющие глаза Малыша. Девушка вдруг представила себя птицей, парящей в вышине над землей. Она увидела четверых людей, затерянных посреди холодного мира, чьи желудки мучает голод и страх. Четыре человека, которые не знают, суждено ли им дожить до утра. Чем они отличаются от поросенка, зябко дрожащего на ледяном камне? Парень ошибается. Может быть, когда-то люди и считали себя другими, потому что всё принадлежало им. Они имели власть над жизнью и смертью других видов. Но теперь люди сами вынуждены выживать. Сейчас все они похожи, все впятером. Нет никакой разницы между животным и человеком.

– Мне этот поросенок больше брат, чем вы, – выдохнула Авриль. – И делить нам нечего.

Слова ее стали сигналом.

Поросенок бросился на парня и яростно впился в руку с поводком. Жорис дико завопил. В ту же секунду Малыш локтем двинул девушке в живот, и та ослабила хватку.

– Беги, Малыш!

В едином порыве Авриль и Малыш бросились в лес. Снег скрипел от бешеного бега. Дыхание оседало инеем, тянулось призрачным шлейфом. Топот и ругань преследовали беглецов.

– Вернитесь! Мы не хотим вам зла!

– Вперед, Мэгги, надо их догнать!

Ветки хлестали по горячим щекам, а они всё бежали и бежали наугад, карабкаясь по сугробам и скатываясь в овраги. Те двое за спиной сокращали дистанцию. Малыш бежал изо всех сил, но детские ножки были слишком коротки, чтобы мальчик мог оторваться от преследователей.

Вдруг лес стал редеть. Впереди за оврагом открылась просека дороги.

Обернувшись, Авриль увидела, как парень тянет руку к Малышу. Поросенок, летевший по снегу черной кометой, затормозил всеми лапами, бороздя наст. Жорис радостно крикнул:

– Держу пацана!

Авриль рванула назад, готовая драться.

Вдруг слева раздался треск, и прямо перед девушкой встала бурая гора. Лицо обдало жаром. Пахнуло мускусом, падалью, смолой и перегноем. Авриль подняла взгляд и не сразу осознала то, что увидела.

Это казалось невозможным. Перед девушкой стоял медведь.

Громадный бурый медведь разинул пасть. Лапой он отшвырнул Авриль со своего пути, и она упала в сугроб у подножия клена. Оглушенная ударом, девушка наблюдала, как медведь, рыча, идет на Малыша.

Теперь Авриль не сомневалась. Это был настоящий медведь.

Живой и жутко сердитый .

Те двое, им страшно.

Это нормально – бояться, когда скоро станешь мертвым.

Я тоже боюсь.

Сириус, ты не боишься огромного зверя?

Нет? Ты храбрый, Сириус. Ты очень храбрый, храбрее Малыша.

Сириус, ты выглядываешь между моими ногами. Твое дыхание греет меня.

Без слов ты говоришь, чтобы я не боялся.

Хотя это и страшно: огромный зверь, который шагает вперед на задних лапах, рычит, сшибает деревья. Они разлетаются, и те двое боятся. Они больше не двигаются, а зверь идет – бум-бум – прямо на них. Я чувствую запах их страха и запах этого зверя и…