Люсинда Райли - Сестра ветра

Нет и еще раз нет – тут же остудил он сам себя. Он ведь дал матери слово, и он сдержит это слово во что бы то ни стало и не растратит ее деньги по пустякам.

* * *

Анна села в поезд, на котором ей предстояло проделать первую часть пути домой. В Драммен поезд прибыл уже затемно. Анна вышла из вагона на перрон и тут же увидела поджидавшего ее отца.

– Папочка! Папочка! – с радостным криком бросилась она к нему и, неожиданно для самой себя, обхватила его руками за шею. Нежности, которые не были приняты в их семье. Демонстрировать свои чувства на людях, как можно?

– Тише, Анна! Успокойся! Вижу, ты устала с дороги. Сейчас поедем в гостиницу, где заночуем. Можешь отсыпаться себе всласть. А завтра с утра двинемся в путь, домой в Хеддал.

На следующее утро отдохнувшая, выспавшаяся Анна уселась в повозку, и Андерс, потрепав лошадку, понудил ее сдвинуться с места.

– При дневном свете ты, доченька, выглядишь совсем по-другому. Повзрослела, превратилась в настоящую женщину. И стала очень красивой.

– Ах, что ты, папа! Какая я красавица!

– Мы тут все с нетерпением ждали твоего приезда. Мама готовит праздничный ужин по случаю твоего возвращения. Ларс тоже обязательно будет. Мы получили письмо от герра Байера. Он описал нам твои успехи в Театре Христиании. Пишет, что тебе дали главную роль Сольвейг.

– Да, это так. То есть вы не возражаете, если я задержусь в Христиании еще на несколько месяцев?

– Как можем мы отказать герру Байеру в его просьбе после всего, что он для тебя сделал? – спокойно ответил отец. – Он пишет, что после этой роли ты станешь настоящей знаменитостью, что о твоем голосе и так говорит вся столица. Мы очень гордимся тобою, доченька.

– Думаю, он немного преувеличивает, папочка, – возразила Анна, немного покраснев от смущения.

– Едва ли, – не согласился с ней Андерс. – Но как бы то ни было, а тебе, Анна, придется поговорить обо всем этом с Ларсом. Он, конечно, не испытывает особой радости из-за того, что ваша помолвка и свадьба снова откладываются. Однако будем надеяться, что его чувство к тебе так велико, что он все поймет правильно.

Анна почувствовала, как все в ней сжалось при упоминании имени Ларса. Но она тут же взяла себя в руки. Нет, она не позволит омрачить грустными мыслями радость возвращения домой. Обо всем неприятном она подумает после.

Наконец они выехали за пределы городка и поехали по проселочной дороге, день уже был в полном разгаре. Анна блаженно закрыла глаза, с наслаждением вслушиваясь в мерный цокот копыт их лошадки и веселое щебетание птиц на деревьях по обе стороны дороги. Она вдыхала полной грудью чистый свежий воздух, ощущая себя зверем, выпущенным наконец из клетки на волю. У нее даже мелькнула шальная мысль: а что, если не возвращаться больше в Христианию?

Андерс сообщил дочери еще одну радостную новость. Ее любимица, корова Роза, благополучно пережила зиму. Значит, молитвы, обращенные к Господу, были услышаны, подумала про себя Анна. Потом отец стал рассказывать о подготовке к свадьбе Кнута, о том, как мать крутится сейчас целыми днями, словно белка в колесе: печет, варит, парит, тушит и жарит угощение для застолья в честь молодых.

– Сигрид – очень славная девочка. Думаю, она будет Кнуту хорошей женой, – заметил Андерс. – А самое главное – она пришлась по сердцу твоей матери. Что особенно важно. Ведь молодожены будут жить под одной крышей с нами. А когда вы с Ларсом поженитесь, то ты переедешь к нему. Мы тут планируем в следующем году построить ему новый дом.

Домой они приехали лишь с наступлением вечера. Все домашние вышли ей навстречу. Даже старая кошка Герди приковыляла на трех лапах, а собака Вива с радостным лаем прыгала и скакала вокруг Анны, то и дело норовя лизнуть ее в нос.

Мама крепко сжала дочь в объятиях.

– Весь день дождаться тебя не могла. Как доехала, доченька? Боже, ты такая худенькая! И волосы такие длинные… Нужно обязательно подстричь их…

Анна рассеянно вслушивалась в радостную болтовню матери, пока они все вместе направлялись в дом. Стоило переступить порог кухни, и на Анну пахнуло знакомыми и такими родными запахами дров, маминой тальковой пудры и псины.

– Отнеси вещи Анны к ней в комнату, – приказала Берит сыну, ставя чайник на огонь, чтобы заварить кофе. – Надеюсь, Анна, ты не станешь возражать против того, что мы переселили тебя в комнату Кнута. Она у него совсем маленькая, и двуспальная кровать для молодоженов туда никак не помещается. Твой отец немного подправил старую койку Кнута, подремонтировал ее, и теперь она вполне сгодится для одного человека. Получилась довольно удобная односпальная кровать. Завтра ты познакомишься со своей золовкой. Сигрид придет к нам на ужин. Ах, Анна, я бы так хотела, чтобы ты полюбила ее. Такая добрая и ласковая девочка. А уж рукодельница какая! И готовит отменно. Будет мне хорошей помощницей. А то я всю зиму промучилась тут со своим ревматизмом.