Би Фэйюй - Китайский массаж

Самая интересная свадьба — свадьба велосипедов. Оба колеса такие глупые! Дурак женится на дурочке или дурочка выходит замуж за дурака. И хотя невеста с женихом ровня, но, по сути, они не равны — кто-то один всегда впереди, а другой позади, или один ближе к центру, а другой дальше. Даже когда дело доходит до свадьбы, один всё равно рвётся вперёд, а второй догоняет. Между ними всегда дистанция. Тот, что сзади, всегда поддерживает темп, всегда догоняет, как ниточка с иголочкой. Если внимательно посмотреть и подумать, то всё не так, как кажется. Крутой именно тот, что сзади. Он постоянно подталкивает вперёд. А первый всего лишь марионетка. Но поскольку он охотно признаёт, что тот, который сзади, хорошо к нему относится, то мирится с этим. Такие свадьбы определяют внешний вид проспектов — кругом одни велосипедные колёса, друг за дружкой, каждому колесу по паре. Иногда такие пары расходятся — чаще всего заднее колесо хочет прорваться вперёд, и тогда проблем не миновать. Ведь если заднее крутится слишком сильно, это приведёт к катастрофе.

Если сравнивать, то Цзинь Янь больше нравилась арахисовая свадьба. В большинстве случаев в каждом стручке два орешка, они соседи, живут совсем близко друг от дружки, но каждый сам по себе и не хочет общаться. Как так можно? Цзинь Янь очищала орешки от скорлупы. Золотой отрок и Яшмовая дева [43] Прислужники даосских богов и небожителей. … Почему вы сдерживаете чувства? Цзинь Янь помогала им соединиться. В своей ладони она устраивала маленькую тайную свадебку. Они действительно подходят друг другу — условия у молодых почти одинаковые. Просто смущаются. Цзинь Янь прямиком направляла орешки в комнату для новобрачных, сама снимала с них одежду. Молодые оставались голенькие-голенькие — очень чувственно! Сразу видно, друг от друга без ума. Их любовь — словно весна, воцарившаяся на всей земле.

Цзинь Янь как-то раз привлекла и Тайлая. Она взяла его ладонь и положила туда «молодых», а Тайлай возьми да и скажи:

— Кушай сама!

Идиот. Идиот. И-ди-от!

Конечно, если поразмыслить, то нельзя же заботиться только о чужих свадьбах, надо подумать и о своей. Но разве ж она думала? Она мешкала, сравнивала, взвешивала. Что лучше — свадьба на китайский манер или западный? Никак не решить… Но если не решить, то она-то тут при чём? Цзинь Янь приходила в ярость! Ей хотелось обе. Кто сказал, что молодые могут жениться только раз? Это же не основной государственный принцип. Цзинь Янь решила, что сначала хочет «выдать себя замуж» в свадебном платье, а потом чтоб Тайлай «брал её замуж» при свете множества восковых свечей. Что нужно для двух свадеб? Правильно, деньги! Цзинь Янь не жалко было потратиться. По-китайски в словосочетании «тратить деньги» тот же иероглиф, что и для слова «цветок». Смысл понятен. Деньги — это почки, это набухшие бутоны. Стоит их «потратить», и тогда каждая купюра с треском развернётся. «Стоит ночью весенней ветру подуть, и на множестве грушевых деревьев распускаются цветы». [44] Строки из стихотворения Цэнь Шэня (715–770).

Ду Хун не смела и поверить, что так быстро смогла закрепиться в массажном салоне. К счастью, Ду Хун знала свои достоинства и недостатки и понимала, что её мастерство пока не могло привлечь большое количество постоянных клиентов. На самом деле, ключевая проблема была давно уже понятна: Ду Хун пользуется своей «внешностью» ради выгоды. Когда Ду Хун впервые «вышла в свет», она ещё не могла в полной мере осознать всю важность внешности для девушки, но сейчас она поняла, что внешность — ещё и производительная сила.

С внешностью напрямую был связан и тот факт, что все постоянные клиенты Ду Хун были исключительно мужского пола. Возрастная категория между тридцатью пятью и сорока пятью годами. Ду Хун своей привлекательностью была довольна, горда, но это ощущение было в новинку. Новое ощущение приносило удовольствие. Если бы не случай, она так всю жизнь и прожила бы в неведении. Ду Хун знала, что она «хорошенькая», но не догадывалась, что она «красавица». «Хорошенькая» и «красавица» — два совершенно разных понятия, за которыми скрыта совершенно разная суть. На самом деле это и являлось поводом для гордости Ду Хун, но тут она обнаружила одно обстоятельство: молодые, неженатые мужчины редко приходили к ней на массаж, из-за чего она чувствовала невыразимое одиночество. Правда, Ду Хун нашла для себя убедительную причину: у молодых мужчин со здоровьем всё отлично, обычно такие и не ходят в массажный салон, ну… почти. В конце концов, ведь это вовсе не потому, что Ду Хун недостаточно привлекательна для них. Просто она вообще лишена шанса общаться с ними. А если бы они пришли? Что было бы тогда? Тоже сложно сказать…