Михаил Булгаков - Весь Булгаков [litres; сборник]

Туземцы. Да здравствуют революци-он-ные анг-лий-ские мат-ро-сы!.. Ура! Ура! Ура!

Попугай. Ура! Ура! Ура!

Громовая музыка. Савва встает, аплодирует.

Лорд. Выноси, выноси!.. Ой, ой, ой!..

Хор (с оркестром поет) .

Сразу тишина. Кири затыкает уши.

Сизи (появился) . Может быть, царю можно хоть постоять в сторонке?.. Может, он не погиб во время извержения, а скрылся, потом раскаялся?

Лорд. Анемподист! Вон!

Сизи. Исчезаю… Иди, душа, во ад и буди вечно пленна! О, если бы со мной погибла вся вселенна! (Освещенный адским светом, проваливается в люк.)

Лорд. Савва Лукич! Савва Лукич! Савва Лукич! Савва Лу… Вы слышали, как они это сыграли?.. Вы слышали, как они пели?.. Савва Лукич! Театр – это храм!..

Гробовая тишина.

Савва. Пьеса к представлению… (пауза) разрешается.

Лорд (воплем) . Савва Лукич!

Громовой взрыв восторга, происходит страшнейшая кутерьма. Задник уходит вверх. Появляются сверкающие лампионы и зеркала, парики на болванках.

Все. Ура!.. Слава те, Господи!.. Поздравляем!.. Браво! Браво!

Ликки. Парикмахеры!..

Сизи (поднимается из люка в глубине сцены) . Портные!..

Паганель. Эх, здорово звезданули финал!

Гаттерас. Где мои брюки?

Лорд. Василий Артурыч! Встаньте!.. Вас поздравляют!

Кири. Ничего не хочу слышать… ничего. Я убит…

Лорд. Опомнитесь, Василий Артурыч! Пьеса разрешена!

Бетси. Василий Артурыч, милый Жюль Верн!

Леди. Все кончено. Поздравляем! Поздравляем!

Кири. Что?.. Кого?..

Лорд, Бетси, Леди. Поздравляем! Разрешена!

Кири. Как разрешена?.. О, мой «Багровый остров»! О, мой «Багровый остров»!

Савва. Ну, спасибо вам, молодой человек! Утешили… утешили, прямо скажу. И за кораблик спасибо… Далеко пойдете, молодой человек! Далеко… я вам предсказываю…

Лорд. Страшнейший талант, я же вам говорил?

Савва. В других городах-то я все-таки вашу пьесу запрещу… нельзя все-таки… пьеска – и вдруг всюду разрешена!

Лорд. Натурально! Натурально, Савва Лукич! Им нельзя давать таких пьесок. Да разве можно? Они не доросли до них, Савва Лукич! (Тихо – Кири.) Ну, нет, этого мы им, провинциалам, и понюхать не дадим… Мы ее сами провезем. Кстати, Василий Артурыч, чтоб уж прочнее было, вы в другие театры и не заходите, а прямо уж домой, баиньки! И так я вам пятьдесят червонцев дал, так уж примите еще сотенку… Для ровного счету… А вы мне расписочку… Вот так… Мерси-с! Хе-хе…

Бетси. Какое у него вдохновенное лицо!..

Сизи. Дайте мне сто червей, и у меня будет вдохновенное. В первом акте царя угробили…

Кири (мутно) . Деньги… червонцы…

Попугай. Червонцы! Червонцы!

Кири. А… Чердак, шестнадцать квадратных аршин, и лунный свет вместо одеяла… О, вы, мои слепые стекла, скупой и жиденький рассвет!.. Червонцы!.. Кто написал «Багровый остров»? Я, Дымогацкий, Жюль Верн. Долой пожары на Мещанской… бродячих бешеных собак… Да здравствует солнце… океан… Багровый Остров!..

Гробовая тишина.

Сизи. А вот таких монологов, небось, в пьесе не пишет!

Все. Тссс…

Кири. Кто написал «Багровый остров»?

Лорд. Вы, вы, Василий Артурыч… Уж вы простите, ежели я наорал на вас под горячую руку. Да… да… Старик Геннадий вспыльчив…

Савва. Увлекающийся молодой человек! Я сам когда-то был таков… Это было во времена военного коммунизма… Что теперь…

Кири. А репортеры, рецензенты!.. Ах… так… Дома ли Жюль Верн? Нет, он спит, или он занят, он пишет… его не беспокоить!.. Зайдите позже… Его пылающее сердце не помещается на шестнадцати аршинах, ему нужен широкий вольный свет…

Леди. Как он интересен!..

Дирижер. Оркестр поздравляет вас, Василий Артурыч!

Кири. Мерси… спасибо, данке зер. Прошу вас, граждане, ко мне, на мою новую квартиру, квартиру драматурга Дымогацкого – Жюль Верна, в бельэтаже с зернистой икрой – я требую музыки!..

Дирижер. Не продолжайте, я уже понял…

Оркестр играет из «Севильского цирюльника».