Михаил Булгаков - Весь Булгаков [litres; сборник]

Херувим. Да.

Аметистов. Давай, давай! Слушай ты, Сам-Пью-Чай, смотри мне в глаза!

Херувим. Смотлю тибе в галаза…

Аметистов. Отвечай по совести, аспирину подсыпал?

Херувим. Ниэт… ниэт…

Аметистов. Ох, знаю я тебя, бандит ты! Но если только подсыпал, Бог тебя накажет!

Херувим. Мала-мала наказит.

Аметистов. Да, не мала-мала, а он тебя на месте пришибет! Стукнет по затылку, и нет китайца! Не сыпь аспирину в кокаин… Нет, хороший кокаин.

Херувим надевает китайскую кофту и шапочку.

Совершенно другой разговор! И какого черта вы себе, китайцы, косы бреете? С косой тебе совершенно другая цена была бы!

Условный звонок. Входит Марья Никифоровна.

Марья Никифоровна. Здравствуйте, Александр Тарасович! Здравствуйте, Херувимчик!

Аметистов. Идите одеваться, Марья Никифоровна, а то поздно. Новые модели будем демонстрировать.

Марья Никифоровна. Прислали? Ах, какая прелесть! (Убегает.)

Херувим зажег китайский фонарь в нише и дымит куреньем.

Аметистов. Не очень налегай…

Херувим. Я не буду налигать… (Уходит.)

Условный звонок. Входит Лизанька.

Лизанька. Почтение администратору этого монастыря…

Аметистов. Бон суар… [289]

Лизанька уходит. Условный звонок. Аметистов, услышав его, подбегает к зеркалу, охорашивается. Входит Мадам Иванова, очень красивая, надменная женщина.

Здравствуйте, мадам Иванова.

Мадам Иванова. Дайте мне папироску.

Аметистов. Манюшка! Папиросу!

Манюшка вбегает, подает папиросы Ивановой. Пауза.

Холодно на дворе?

Мадам Иванова. Да.

Аметистов. У нас сюрприз – модели привезли из Парижа.

Мадам Иванова. Это хорошо.

Аметистов. Изумительные!

Мадам Иванова. Ага…

Аметистов. Вы в трамвае приехали?

Мадам Иванова. Да.

Аметистов. Много народу, наверно, в трамвае?

Мадам Иванова. Да.

Пауза.

Аметистов. У вас погасла… спичечку…

Мадам Иванова. Спасибо. (Уходит.)

Аметистов (Манюшке). Вот женщина, ей-Богу! Всю жизнь можно с такой прожить и не соскучишься! Не то что ты, тарахтишь, тарахтишь…

Властный звонок.

Он! Узнаю звонок коммерческого директора! Великолепно звонит! Открывай, потом лети, переодевайся, Херувим будет подавать!

Херувим (пробегая). Гусь идет!

Манюшка. Батюшки! Гусь! (Убегает.)

Аметистов. Зоя! Гусь! Принимай, я исчезаю! (Исчезает).

Входит Гусь.

Зоя (в вечернем платье). Как я рада, милый Борис Семенович!

Гусь. Здравствуйте, Зоя Денисовна, здравствуйте.

Зоя. Садитесь сюда, здесь уютнее… Ай-яй-яй, какой вы нехороший! Сосед, близкий знакомый, хоть бы раз зашел…

Гусь. Поверьте, я с удовольствием, но…

Зоя. Я шучу, я знаю, что у вас дела по горло.

Гусь. И не говорите, у меня прямо бессонница.

Зоя. Бедненький, вы переутомитесь, вам надо развлекаться…

Гусь. О том, чтобы я развлекался, не может быть и речи. (Оглядывает комнату.) А у вас очень хорошо.

Зоя. Мастерская вам обязана своим существованием.

Гусь. Ну, это пустяки! Кстати о мастерской. Я ведь к вам отчасти по делу, только это между нами. Мне нужен парижский туалет. Знаете, какой-нибудь крик моды, червонцев так на тридцать.

Зоя. Понимаю. Подарок?

Гусь. Между нами.

Зоя. Ах, плутишка, влюблен! Ну, сознавайтесь, влюблены?

Гусь. Между нами.

Зоя. Не бойтесь, не скажу супруге. Ах, мужчины, мужчины! Ну хорошо, мой администратор покажет сейчас вам модели, и вы выберете все, что вам нужно. А потом будем ужинать. Сегодня вы мой, и я вас не выпущу.

Гусь. Мерси. У вас есть администратор? Посмотрим, какой у вас такой администратор.

Зоя. Сейчас вы его увидите. (Скрывается.)

Аметистов (появился внезапно, во фраке). Кан он парль дю солейль он вуа ле рейон! Что в переводе на русский язык означает: когда говорят о солнце, видят его лучи.

Гусь. Это вы мне про лучи?

Аметистов. Вам, глубокоуважаемый Борис Семенович. Позвольте представиться – Аметистов.

Гусь. Гусь.

Аметистов. Желаете иметь туалетик? Доброе дело задумали, глубокоуважаемый Борис Семенович. Могу вас уверить, что такого выбора вы нигде в Москве не встретите. Херувим!