Анастасия Алейникова - Колебания

Таким бы и был, вероятно, для Яны внешне спокойный и неприметный февраль… Впоследствии же, однако, при воспоминании о двух происшествиях, хотя и различных, но непосредственно связанных между собой, ей оставалось лишь разводить руками, — такими своевременными и неизбежными даже эти происшествия казались.

Первое было связано с тем самым маленьким книжным магазином, находившимся неподалёку от дома Яны.

Каждый год «ВПереплёте» балансировал на грани закрытия, но вновь и вновь находились каким-то образом средства на дальнейшее его существование. Многим в окрестностях был удобен тот магазин, многие отмечали, что цены в нём на порядок ниже, чем в остальных, и всё же книги покупались плохо, и бόльшую часть времени магазин пустовал, — в отличие от располагавшейся на втором этаже кофейни, где редко удавалось отыскать свободный столик.

На протяжении года Яна бывала в магазине дважды или трижды в неделю, и всякий раз приходила она не с целью что-то купить и даже не с целью «вновь обрести вдохновение, взглянув на книги» , а единственно для того, чтобы порадовать Маргариту Алексеевну, женщину, работавшую там, перекинуться с ней парой слов. Как и с другими, Яна никогда не говорила с Маргаритой Алексеевной напрямую о том, что её беспокоит, — но это и не требовалось; та будто бы и так понимала всё и, ни о чём не расспрашивая, позволяла каким-то образом Яне почувствовать, что она не одна.

В начале февраля Яна шла в магазин с экземпляром книги — чтобы подарить её, чтобы, наконец, извиниться за длительное отсутствие. Она шагала по заснеженной улице мимо продуктовых, аптеки, почты, мимо грустных детей, бредущих домой из школы с портфелями, больше чем они сами, и с пачками сухариков в руках, мимо одинаковых женщин, выгуливающих собак — всегда одинаково весёлых, оживлённо бегущих от дерева к дереву. Яна замечала их всех лишь мельком, как некий подвижный сумбурный фон, известный ей так, что и с закрытыми глазами она бы его увидела. Яна шла, погруженная в мысли, которые вновь, не в первый раз уже за всю зиму, были тихими, непривычно радостными и светлыми, и лёгкая улыбка то и дело появлялась у неё на губах.

Она свернула с улицы в маленький переулок, через несколько метров поднялась по каменным ступеням и с усилием потянула за железную ручку. Тяжёлая чёрная дверь приоткрылась, и Яна шагнула внутрь. Моментально привычные запахи слетелись на неё со всех сторон: запах книг, отдалённый запах кофе, ещё запах не то пыли, не то чернил, не то печатей. И только она вошла, воспоминания обступили её толпой, не давая пройти, задерживая на пороге. Вместе с Яной в магазин ворвался ледяной ветер и шлейф снежинок, а она так и придерживала дверь, остановившись у входа. «Сколько было всего, — пронеслась мысль, — сколько всего тогда было…» Яна опять улыбнулась и шагнула вперёд, словно бы рукой в этот момент мягко отодвигая толпу воспоминаний, заглядывающих ей в лицо, высматривающих там что-то, молчаливо ожидающих, чтобы на них обратили внимание. Яна мягко отодвинула их, попросила чуть-чуть расступиться и шагнула в пространство магазина — словно в иной мир.

— Здравствуйте, — донеслось до неё вдруг как бы издалека.

— Здравствуйте, — всё так же машинально отозвалась Яна, но тут же, очнувшись от звука этого незнакомого голоса, посмотрела в сторону говорившей: это была молоденькая девушка-кассирша, которую прежде Яна не видела никогда.

С двух сторон обступили Яну высокие стеллажи. Впереди они заворачивали вправо пустеющим коридором, и Яна, пройдя мимо «Зарубежной прозы», заглянула в надежде за угол — вот сейчас она и увидит там Маргариту Алексеевну, тихую, словно притаившуюся, осторожно поправляющую неровно стоящие книги… Но за поворотом у «Русской классики» не было никого.

Маргариты Алексеевны не было в магазине.

Разноцветные корешки книг проплывали перед взором Яны, имена и названия мелькали, сливаясь в одно, длинное и причудливое… Экземпляр собственной книги тяжёлым грузом лежал на дне сумки — ненужный, недошедший до адресата.

Яна остановилась на секунду, а затем повернула назад.

— Извините, — обратилась она к девушке у кассы, — а вы случайно не знаете, где Маргарита Алексеевна, — она работала здесь?

— Нет, — как-то особенно холодно и безучастно бросила в ответ девушка. — Я уже месяц тут.

Смутившись, Яна не решилась сразу же выйти из магазина, и, не зная, что ещё предпринять, она прошла вновь тем же коридорчиком прямо, а затем направо.