Татьяна Василевская - Если бы

— Не волнуйся, когда голова отваливается, врачи ее просто на место ставят и все.

Сергей улыбаясь смотрел на нее.

— Привет. — прошептала Вера, зарываясь лицом в его широкую ладонь и целуя ее. — Ты не представляешь, как я испугалась.

Она почувствовала как горячая слезинка катится из уголка глаза и, скатываясь по щеке, падает на ладонь Сергея.

— Ты не представляешь как я рад тебя видеть! Вера! Не плачь. Все хорошо. Посмотри на меня! Я так по тебе соскучился. —говорил он ей, нежно перебирая ее волосы и успокаивая как маленькую.

Перед самым уходом, врач не разрешил долгого посещения, Вера поцеловала Сергея в губы, тоже очень осторожно, боясь как-то повредить ему, не зная как обращаться с тяжелобольным или раненым. Он улыбаясь поймал ее за руку.

— Так, чем там закончилась та сказка? Ты обещала рассказать. Я вернулся! Рассказывай.

Вера засмеялась.

— Ладно. Слушай. — она села на краешек кровати и начала рассказывать с того места на котором остановилась девять месяцев назад.

Дойдя до конца сказки, где королева, которая должна была угадать имя карлика, для того что бы он не забрал ее ребенка, Вера сказала:

— И когда королева уже совсем отчаялась и остался один последний день, из тех, что дал ей карлик, она пошла гулять по королевскому саду и случайно забрела в самый дальний его уголок, и услышала как кто-то поет песню. Королева подошла поближе и увидела, что это карлик варит варенье перед своим домиком и поет песню, о том как он принесет в свой домик дитя королевы. И в конце песенки он назвал себя по имени. Вечером он пришел к королеве, уверенный, что она так и не догадается как его зовут, а она произнесла его имя. Карлик топнул ногой и исчез.

— Так я и знал. Ленивая и коварная королева все таки сжила со света несчастного карлика. —улыбнулся Сергей. Вера засмеялась, а потом сказала серьезно:

— С другой стороны, она защищала того, кто ей дорог, а ради этого можно сделать, что угодно.

Алина Николаевна с Верой вышли из здания госпиталя. Обиженный тем, что его не пустили повидаться с другом, Вован курил, стоя прислонившись к машине. На самом деле он ужасно распереживался, когда родители сказали ему про Сергея. Сейчас, после разговора с врачом он успокоился, и просто больше из вредности, делал вид, что дуется.

— Ковальская, ты бы еще повыше каблуки нацепила, не боишься, что ноги подломятся? — крикнул Вован радостно смеющейся Вере.

Вера и Сергей, держась за руки, вышли из здания военного госпиталя. Валера галантно распахнул перед ними дверцу машины, любезно присланной Родионом Петровичем, по случаю выписки Сергея. Улыбающиеся и необыкновенно счастливые, они выехали за больничные ворота и помчались навстречу новой жизни, новому счастью, туда где они больше не будут расставаться, где, как им очень хотелось верить, они будут вместе навсегда.

Вована, тоже рвавшегося поехать встречать Сергея из госпиталя, Алина Николаевна не пустила. Сказав, что двум влюбленным, наконец встретившимся после долгой разлуки, нужно побыть вдвоем. И он, то есть Вован, со своими дурацкими и бестактными шуточками им сегодня совершенно не нужен.

— Да ладно. — сказал обиженный до глубины души Вован. — Им уже через пять минут надоест целоваться, обниматься и говорить всякие сюси-пуси. Они еще сами начнут говорить, ну где же наш любимый обожаемый друг Вованчик. Как же без него плохо и одиноко. А может даже заплачут. Я же знаю, они без меня никуда.

Он без дела слонялся по квартире. Мать готовила обед и он притащился к ней на кухню и даже предложил помочь.

— На вот лук почисть и порежь мелко. — смилостивилась Алина Николаевна, передавая сыну через стол пару луковиц и нож.

— А интересно, как Сережа и Верочка познакомились? Наверное какая-нибудь ужасно романтичная история. — мечтательно сказала Алина Николаевна.

— Очень мам. Ты даже не представляешь! — рыдая над луком сказал Вован.

Алина Николаевна, бывшая сегодня по случаю воссоединения влюбленных, романтически настроена, уселась напротив сына и, подперев подбородок руками, попросила:

— Ну расскажи, не вредничай.

Отерев слезы, лившиеся в три ручья Вован гнусавым голосом сказал:

— Боюсь ты не выдержишь! Это слишком трогательно.

Решив, что сын, просто из вредности хочет ее подразнить, Алина Николаевна игриво сказала:

— А хочешь, Вовчик, я тебе расскажу как мы познакомились с твоим папой, а ты потом про Верочку с Сережей расскажешь.