Леонид Пузин - Луна в Водолее [СИ]

И всё-таки…

…никакие здравые рассуждения о самовоспламеняющемся химическом реактиве не могли утешить астролога: никакая, к чертям, не химия! Нет, самое обыкновенное чудо! Не зря Павел упомянул некие, будто бы погубившие друга, Тёмные Силы!

Хотя… здесь явная неувязочка! Чтобы «дьявольскую», «богопротивную» «Фантасмагорию» взяли бы да уничтожили Тёмные Силы? Вздор! Бессмыслица! А впрочем… вдруг да картина друга настолько глубоко затронула тайную сущность Зла, что невольно разоблачила скрытые механизмы его воздействия? И эти Древние Силы — хотя бы из самосохранения! — вынуждены были вмешаться? Ведь для таящегося в заветных глубинах Зла нет ничего опаснее Света! Н-н-н-да… красивая версия, ничего не скажешь… но уж больно искусственная… чересчур сложная… зло, обыкновенно, намного проще… а сложным и завораживающим его представляют только его сторонники — вольные или не вольные, не суть… Какая всё-таки жалость, что он так и не увидел этой картины друга! И теперь — увы! — никогда уже не увидит! И ведь нашёлся гад?! Учинивший такую гнусность!

— Лев Иванович, ей Богу, не убивайтесь, — будто бы угадав мысли Окаёмова, заговорил подошедший Павел. — Эта несчастная «Фантасмагория»… да, в своём роде явление выдающееся… но всё же, поверьте, она не стоит вашей душевной скорби.

— Как это, не стоит?! — рассердившись на самозванного утешителя, с заметным раздражением ответил астролог. — Извините, Павел Савельевич, но, так рассуждая, мы действительно можем докатиться до средневековья! До костров из картин и книг! У Рэя Брэдбери — «451 градус по Фаренгейту» — помните? Ведь для того, чтобы начать сжигать картины и книги, вовсе необязательно объявлять крестовый поход против капитализма, коммунизма, фундаментализма, сионизма, католицизма или ещё чего-то! Нет! Достаточно закрыть глаза на «художества» втихую подкармливаемых властями различных молодёжно-маразматических объединений, всяких там «шагающих в ногу», «стоящих на голове», «национал-спасителей», «христиано-комсомольцев», «гитлер-большевиков» — и, пожалуйста! Через несколько лет по всей России запылают костры! На которых, как верно заметил Михаил, будут сжигать не только картины и книги, но и их авторов — этих, завербованных сатаной, распространителей лживой антиправославной идеологии! Этих, очерняющих светлое историческое прошлое России, еретиков, колдунов, масонов! Впрочем, Павел Савельевич, ведь вы же сами? Согласились с тем, что, когда размываются границы между реальностью и фантазиями, нельзя исключать возвращения самого мрачного средневековья?!

— Нельзя, Лев Иванович. Скажу вам более: даже у нас в Великореченске — под патронажем одного из высокопоставленных церковных деятелей… существуют, так сказать, «православные скинхеды»… ну, сами-то себя они называют «воинами архангела Михаила»…

— Так это вы, Павел Савельевич, их! — взвился, будто «жареным петухом» клюнутый в соответствующее место, астролог. — Имели ввиду, говоря нам о Тёмных Силах?!

— В какой-то степени — да. Но, Лев Иванович — в незначительной степени. Всё много сложнее. Знаете… как бы это вам объяснить понятнее… вы, извините, верующий?

— То есть, Павел Савельевич, вы имеете ввиду — православный?

— Не обязательно, Лев Иванович… Хотя, по моему убеждению, нельзя быть истинно верующим вне рамок религиозных традиций.

— А по-моему, Павел Савельевич, можно! Извините за резкость, — считая вопрос о вероисповедании глубоко интимным, Окаёмов, как правило, раздражался, когда малознакомые собеседники спрашивали его в лоб о принадлежности к церкви, — но я думаю, что чаще — наоборот! За религиозные обряды цепляются люди верующие не глубоко! Регулярные посещения храма, посты, молитвы им заслоняют истинного Бога!

— Ещё раз, Лев Иванович, извините меня за нескромный вопрос, но, по вашей горячности, я уже понял, что вы — верующий. Другое дело — как и в какого Бога… но — ещё и ещё простите! — я ведь спросил не из праздного любопытства. Мистический опыт — вот в чём суть! Ведь, согласитесь, его имеют очень немногие, а поскольку Бог познаётся только мистически, то отсюда и важность принадлежания к Церкви. В которой, худо-бедно, но он сохраняется вот уже две тысячи лет.

— Да, Павел Савельевич, будто бы сохраняется… Только одна закавыка: как отличить действительно мистический опыт от опыта, скажем, шизофреника? Который тоже явственно слышит «запредельные» голоса? Или — опыта эпилептика перед припадком? Когда — у Достоевского, помните? — больной в течение нескольких мгновений испытывает дикое неземное блаженство?