Мо Янь - Лягушки

– Господин, госпожа, чем могу помочь?

– Спасибо, мы так, посмотреть, – сказал я.

Женщина провела нас в зону отдыха в правом крыле холла, где были расставлены широкие ротанговые кресла. Простые стеллажи рядом были уставлены роскошными журналами о женщинах и материнстве, на чайном столике у стола разложены красочные брошюры с краткими сведениями о центре.

Женщина принесла два стакана холодной воды из кулера и с улыбкой удалилась.

Листая брошюру, я увидел фотографию женщины-врача средних лет – сверкающий лоб, длинные дуги бровей, приветливый взгляд, на носу очки без оправы, белоснежные ровные зубы, добрая улыбка. На груди бейджик с фотографией. У левого плеча надпись: «Китайско-американский центр матери и ребенка Цзябао – идеальный для вас натальный центр нового типа, здесь не может быть ощущения холода, здесь разливается тепло, гармония, искренность, домашняя обстановка, вы испытаете настоящее аристократическое обслуживание…» У правого плеча было напечатано: «Мы строго соблюдаем принятую Всемирной медицинской ассоциацией Женевскую декларацию 1948 года, лечим честно и с достоинством, в первую очередь думаем о здоровье больного, храним известные нам его тайны, всемерно оберегаем честь и благородные традиции врачебного дела…»

Я тайком глянул на Львенка. Она листала эти иллюстрированные материалы, нахмурив брови.

Перевернув еще страницу, я увидел женщину-врача, вызывавшую чувство солидности и надежности, которая измеряла сантиметром выпирающий живот беременной женщины с исключительно гладкой кожей. Ресницы у беременной длинные, нос с горбинкой, очаровательные полные губы, румянец на лице, ни следа усталости или изможденности. Надпись пересекала руку врача и заходила беременной на живот: «С самого ее зарождения мы относимся к человеческой жизни с наивысшим уважением».

В холл бодрым шагом вошел мужчина среднего телосложения, с редкими волосами, в одежде для отдыха известной марки. По исполненному самодовольства лицу и выпирающему брюшку я понял, что это человек с положением, если не высокий чиновник, то «денежный мешок». Конечно, он мог быть и тем и другим. Левой рукой он легко обнимал молодую девушку. Девушка высокая, и ее тонкая талия болталась в элегантном шелковом платье нежно-желтого цвета. Сердце у меня чуть заколотилось, я признал в ней Сяо Би, руководителя канцелярии в компании по разведению лягушек-быков Юань Сая и моего младшего двоюродного брата, обладательницу разнообразных способностей. Я поспешно опустил голову и прикрыл большую половину лица буклетом.

Я перевернул еще одну страницу: на свободном месте в правом нижнем углу от красиво вздымающегося живота бок о бок сидят пятеро голозадых младенцев. Все склонили головы налево, словно их кто туда притягивает. Лобики и щечки кругленькие, этакая милая глазу дуга. Выражений лиц не видно, но эта дуга смеется с невинной наивностью. У троих волосенки довольно редкие, у двоих сравнительно густые, у двоих – черные, у одного золотистые, еще у двоих желтоватые. Уши у всех очень большие. Большие уши – значит, счастливыми будут. Если их фотографии смогли попасть в такое иллюстрированное издание – значит, повезло, баловни судьбы. С виду месяцев пять, только что научились сидеть и еще немного клонятся набок, пухленькие, как поросятки, кругленькие, меж ручонок виднеется выступающий животик. Сидят, попки примятые, и щелочка между ягодичками – просто прелесть. На свободном пространстве слева от младенцев – надпись: «Услугам по родовспоможению с упором на семью придается исключительно большое значение и посредством общения беременных и рожениц с высококвалифицированным медицинским персоналом делается упор на передачу им знаний по медицине».

Мужчина и Сяо Би подошли к приемной стойке, поговорили там с дежурной, и в сопровождении элегантной девушки проследовали в левое крыло холла. Там, в зоне ожидания для высокопоставленных персон, стоял диван кирпичного цвета с высокой спинкой, перед ним чайный столик, а на нем – ваза с красными розами. Они уселись, и мужчина чихнул. От этого чиха я чуть не подскочил. Этот звук, очень необычный, очень индивидуальный, оживил мою память, как детонация минного взрывателя. Неужели он?

«Врачи могут установить тесное общение с беременными и членами их семей относительно организма матери во время беременности, о состоянии плода, о питании и физических упражнениях».

Очень хотелось поделиться своим открытием со Львенком, но она торопливо листала брошюру, бормоча: