Джоан Рамос - Ферма [litres]

«Как улица может быть частной?» – негодовала Энджел.

Но Ате понравилось, что филиппинская семья живет на самом большом участке на частной улице.

Ата подходит к двери дома, поднимает латунный молоток и с глухим стуком опускает его. Когда никто не отвечает, она нажимает кнопку звонка. Из дома доносятся шаги. Ата «надевает» улыбку.

Дверь открывает сын доктора, ученик средней школы. На нем ярко-синие наушники и рваные джинсы, приспущенные так низко, что его нижнее белье торчит, как у черных.

– Здарова, Эвелин.

Ата ожидала, что откроет Луиза, девушка, которую она посоветовала миссис Эррера несколько лет назад. Миссис Эррера была так довольна усердием Луизы, что дала Ате лишнюю сотню долларов за рекомендацию.

– Я пришла повидаться с твоей матерью, – объявляет Ата.

Она говорит громко, потому что слышит музыку, льющуюся из наушников паренька.

– Ма! Пришла Эвелин, хочет тебя видеть! – кричит тот громко, чтобы его было слышно на втором этаже, и небрежно машет рукой, прежде чем уйти в полумрак дома.

Ата остается на каменных ступенях, переминаясь с ноги на ногу, потому что Амалия тяжелая. Та жует синюю отделку слинга и брыкается, упираясь ногами в бедра Аты.

– Эвелин! Почему дверь не закрыта? Напустишь мух! – кричит по-тагальски миссис Эррера, сбегая по лестнице, как юная девушка, хотя уже немолода. На ней короткая белая юбка, белая блузка с воротником и новые белые кроссовки. – Входи! Или ты ехала на метро? Да? Тогда пройди к задней двери. Луиза только что вымыла полы.

Ата уже вошла в дом, но теперь пятится, спускается по каменным ступеням и выходит на дорожку из овальных камней, которая ведет в прихожую в задней части дома. Там она тщательно вытирает ноги о щетинистый коврик. Луиза на кухне срывает желтые плоды каламанси [76] Каламанси – гибрид мандарина и кумквата. с деревца, растущего в горшке у окна.

– Они еще не созрели, – поддразнивает Ата.

– Ата! – восклицает Луиза, вскакивая, чтобы обнять давнюю знакомую. – Я так и сказала нашему мальчику, но он все равно хочет сока. Я добавлю побольше сахара, чтобы было не так кисло.

Появляется миссис Эррера, ее подкрашенные волосы стянуты в хвост – настолько туго, что глаза кажутся слегка выпученными.

– Где моя ракетка?

Она велит Луизе поискать в спортивном шкафу наверху и вздыхает, громко сетуя, как она удивлена, что Луиза не может запомнить ее расписание: миссис Эррера вот уже несколько месяцев играет в теннис по утрам каждый вторник. Ее взгляд падает на Амалию:

– Чей это ребенок?

Миссис Эррера внимательно разглядывает Амалию, пока Ата рассказывает ей о Джейн. Амалия тянется кончиками пальцев к щеке миссис Эрреры и гулит.

– Какая хорошенькая! И такая беленькая! Напоминает мою Жозефину. Мне всегда говорили, что Джози тоже выглядит как местиза [77] Местиза – метиска ( тагальск .). .

Ата закусывает губу и выражает согласие. Жозефина Эррера – точная копия матери. Даже в подвенечном платье за восемнадцать тысяч долларов она, если бы опустилась на корточки, выглядела бы в точности как игоротка [78] Игороты – общее название инибалоев и бонтоков, филиппинских горных народов острова Лусон. , спустившаяся с гор Лусона [79] Лусон – самый крупный остров Филиппинского архипелага. и сидящая у дороги в подаренной американской одежде. Коричневая, как придорожная пыль.

Амалия что-то бормочет миссис Эррере, которая явно в восторге от такого внимания.

– Симпатичная малышка. Выпусти ее из переноски, Эвелин. Девочка для нее слишком большая!

Ата колеблется. Она не хочет задерживаться надолго. Она просто хочет получить чек и уйти. Но миссис Эррера уже расстегивает один из ремней, поднимает Амалию, целует ее в шею, а потом утыкается носом в живот.

– Такая хорошенькая! Такая красивая! Ты такая прелесть!

Амалия хихикает, и миссис Эррера целует ее в голову.

– Ах, надеюсь, у Джози скоро будет ребенок! Ей не нужна работа: ее муж работает в «Гугле»! Вы знаете «Гугл»?

Ата поднимает брови, показывая, что впечатлена.

– Мэм, – начинает она, – я пришла получить деньги за свадебный десерт…

Миссис Эррера танцует с Амалией и поет. Взволнованная Амалия попеременно гулит и хихикает. Миссис Эррера не отвечает так долго, что Ата спрашивает себя, не слишком ли мягко она выразилась. Затем миссис Эррера поворачивается, все еще танцуя с Амалией, и заявляет:

– Вы знаете, что печенье польворон рассыпа́лось еще в упаковке? Гости не могли донести его до дома, оно становилось как песок.