Джоан Рамос - Ферма [litres]

Карла окидывает Джейн взглядом с головы до ног. Джейн чувствует, как ее лицо горит. По правде говоря, она никогда не носила такой тонкой и мягкой одежды. Еще сегодня утром она замерзала в своем зимнем пальто. Они с Амалией ждали на улице возле дома, когда подъедет машина, Амалия была закутана в такое количество шерстяных и флисовых одеял, что Джейн едва могла видеть ее лицо. Но здесь, в легкой, как воздух, одежде, Джейн тепло. Она признается в этом Карле.

– Кашемир, – деловито поясняет Карла. – «Золотые дубы» на него не скупятся, это уж точно.

Раздается стук в открытую дверь.

– Привет, Джейн, – напевно произносит госпожа Ю, крепко обнимая новую хосту.

Джейн вскакивает на ноги.

– Здравствуйте, госпожа Ю.

– Пожалуйста, сидите. Я просто хотела убедиться, что вы освоились. – Госпожа Ю садится на скамейку рядом с Джейн. – Как утренняя тошнота? Комната понравилась? Вы познакомились с Рейган?

– Я чувствую себя хорошо, только немного устала, – отвечает Джейн. – Комната прекрасная. Как и одежда. – Джейн трет ладонью кашемир на бедре. – А с соседкой по комнате я еще не познакомилась.

Госпожа Ю слегка хмурится.

– Но, – быстро спохватывается Джейн, не желая подставлять соседку по комнате, – я проходила первичный осмотр у медсестры и инструктаж. Я была занята.

Лицо госпожи Ю проясняется. Она кладет руку на плечо Джейн.

– Полагаю, у Рейган тоже были дела. Думаю, она скоро появится. Это ваше новое жилище, и мы хотим помочь вам чувствовать себя в нем как дома.

При слове «дом» у Джейн сжимается горло. Ей хочется знать, что делает Амалия, замечает ли она, что ее мать уехала.

Словно прочитав мысли Джейн, госпожа Ю спрашивает:

– Как Амалия? Тяжело было прощаться?

Джейн вдруг испытывает острое чувство благодарности к госпоже Ю, которая так занята, но помнит имя Амалии. Бедняжка переводит взгляд на стену, чтобы госпожа Ю не могла видеть ее глаз, в которых стоят слезы.

– Все прошло хорошо. Амалии уже почти семь месяцев, она большая девочка. И у нее есть моя двоюродная сестра.

– Значит, она в надежных руках, – произносит госпожа Ю добрым голосом.

Джейн все еще не доверяет себе и боится повернуться к госпоже Ю лицом. Она слышит, как пальцы Карлы стучат по клавиатуре.

– Я знаю, вам известна наша политика, Джейн, которая заключается в том, что мы не разрешаем принимать посетителей и не позволяем хостам выходить за пределы фермы иначе как по просьбе клиента. – Госпожа Ю наклоняется, чтобы прошептать: – Но, я думаю, мы сможем убедить вашего клиента позволить Амалии к вам приехать.

– Правда? – вырывается у Джейн.

Госпожа Ю прикладывает палец к губам и улыбается. Она спрашивает Джейн, готова ли та к обеду, и, когда Джейн признается, что слишком нервничала утром, чтобы поесть, ведет ее в столовую. Джейн плетется в нескольких шагах позади, пошевеливая пальцами ног в новых мокасинах с меховой подкладкой. Госпожа Ю поддерживает беседу, болтая о том о сем, рассказывая, какие горные виды ее любимые, и сообщая Джейн всякие пустяки о близлежащих городках. Пока они идут, Джейн представляет себе Амалию здесь – прячущуюся под мягкими одеялами на диванах, завороженную огнем, потрескивающим в мраморных каминах.

– Как вам кажется, вы сможете чувствовать себя здесь как дома? – спрашивает госпожа Ю и толкает плечом дверь столовой.

– О да, – отвечает Джейн и не лукавит.

У раздаточного стола девушки выстроились в небольшую очередь. Госпожа Ю знакомит Джейн с двумя белыми женщинами – Тасей, высокой и тощей, с плохой осанкой, и более низкой полногрудой беременной по имени Аня, – а затем убегает готовиться к очередной встрече. В ее отсутствие Джейн снова начинает нервничать. Когда – довольно быстро – подходит ее очередь, Джейн не может выбрать между мясом и лососем, между водой и гранатовым напитком, и ей приходится ждать несколько минут, когда мультивитамины снова будут насыпаны из дозатора. К тому времени, когда она ставит тарелки на поднос, Тася с Аней уже едят за столом в другом конце столовой. Джейн берет поднос и идет к ним. Резиновые подошвы ее мокасин, кажется, прилипают к полу. Столовая переполнена. Слева от нее стол с чернокожими хостами, справа стол с четырьмя мулатками. Возле пожарного выхода она замечает группу женщин, которые выглядят филиппинками.

– Джейн, иди есть, – зовет Тася и машет ей рукой.

– Ты знаешь, чьего ребенка носишь? – спрашивает Аня еще до того, как Джейн садится.