Дмитрий Горчев - Придурки [litres]

И уже в метро он заметил (а он стал уже гораздо больше замечать, чем утром, когда ещё ничего не подозревал), что все пассажиры тоже смотрят на него как-то странно: на шляпу его посмотрят, на пальто, на ботинки и отвернутся.

«Ну то есть, – подумал Александр Васильевич, – если предположить… ну только предположить, что я действительно женщина, то, конечно, женщина в мужских ботинках и шляпе действительно должна выглядеть странно. Хотя сейчас и не так одеваются. Но это, наверное, не такие женщины так одеваются, как та, что на фотографии».

С этими тяжёлыми мыслями Александр Васильевич доехал до дома. Там он разделся и пошёл в ванную, чтобы хорошо рассмотреть себя в зеркале. Но в зеркале был всё тот же привычный Александр Васильевич: какой-никакой, а всё же, без всякого сомнения, мужчина.

Александр Васильевич пожал плечами и решил устроить последнюю проверку: пошёл в сберкассу – там у него на книжке тысяч восемь лежало, рублей конечно.

Подошёл он к окошку и подал свою сберкнижку и паспорт.

Женщина в окошке проверила сберкнижку, открыла паспорт и посмотрела на Александра Васильевича:

– Женщина! – сказала она сердито. – Вы же своего мужа паспорт принесли.

«Всё», – подумал Александр Васильевич.

– Так это! – засуетился он. – Муж-то больной лежит, инвалид, не может он прийти.

– Так вы доверенность тогда несите, – сказала женщина уже немного добрее. – И приходите со своим паспортом и доверенностью.

– Да потеряла я паспорт! – воскликнул Александр Васильевич, сам даже удивляясь своей хитрости.

– Постойте, постойте! – задумалась женщина, встала и ушла куда-то. Вскоре она вернулась с паспортом: – Ваш? – спросила она.

Александр Васильевич с опаской взял паспорт, прочитал: «Александра Васильевна» – и фамилия та же, что у него. Прописана… да – прописана по адресу Александра Васильевича. И год, и даже дата рождения – все те же. И на фотографии, конечно же, та самая женщина.

– Да, это мой! – закричал Александр Васильевич фальшивым голосом. – Ужя искала-искала! Вот спасибо вам, девушка! – И поскорее выскочил на улицу.

«Ну и что же дальше делать?» – подумал он на улице. А что делать? Жить надо как-то. А с паспортом, что ни говори, жить всё же легче, чем без паспорта. Так что не всё так уж плохо.

Утешившись таким образом, Александр Васильевич купил на лотках возле метро какие-то дешёвые женские тапочки, неопределённого фасона, штаны и кофту да и пошёл опять домой.

Дома он снова выпил чаю и крепко задумался.

Понятно, что произошло нечто чрезвычайное и невероятное. К кому с этим обращаться и помогут ли – это совершенно неизвестно. Скорее всего, как обычно, будут одни неприятности, да ещё журналисты придут из такой газеты, какую все читают в метро. Позору не оберёшься – по улице потом не пройдёшь.

Поэтому надо осторожно. Во-первых, лучше про всё это вообще не думать: ну женщина и женщина. Женщин – их вон больше половины людей, живут же они как-то. Значит, и он сможет, если постарается, тем более что с паспортом, опять же, удачно получилось. Но главное: не думать, а то действительно с ума сойдёшь.

В общем, на следующий день купил Александр Васильевич газету объявлений и нашёл себе работу по специальности. Трудовую книжку у него не спросили – сейчас ведь главное, чтобы работу знал, а не что там у тебя написано. Работник Александр Васильевич был хороший, аккуратный, никогда не опаздывал, похмельный не приходил и на больничном не сидел. На работе его стали ценить и к следующему лету даже дали со скидкой путёвку в санаторий под Зеленогорском.

В санатории за Александром Васильевичем начал вдруг ухаживать полковник в отставке – солидный положительный мужчина, правда совершенно лысый, как сковорода.

Александр Васильевич сначала пришёл от этого в ужас и стал прятаться от полковника, но тот всё равно его однажды подкараулил и по-военному решительно объяснился. В том смысле, что он вдов, одинок и мечтает о спутнице жизни для ведения общего хозяйства. Есть у него мечта развести небольшую птицу: кур, уток, гусей и, может быть, даже фазанов, а сами понимаете, Александра Васильевна, без хозяйки это ему не потянуть. Только вот (тут полковник смутился) должен он честно сказать, что во время службы на ядерном полигоне мужское его здоровье, к несчастью, попало под лучевой удар, и он обязан об этом Александру Васильевну предупредить, чтобы впоследствии не было никаких недоразумений.

Последнее сообщение полковника несколько успокоило Александра Васильевича, и он попросил времени, чтобы подумать.