Тэффи Бродессер-Акнер - Флейшман в беде [litres]

– Да? Ну что поделаешь, все равно уже поздно.

Тоби чувствовал себя просто ужасно. Так делать нельзя. Это неправильно. Но если он уговорит Солли ненадолго уехать, Рэйчел за это время вернется домой, и детям совершенно необязательно будет знать, что она куда-то пропадала. А если она не вернется через месяц, ну, тогда и будем разбираться. Но ему нужно выиграть немного времени, это для блага самого же Солли.

– Конечно, решать тебе. Но может получиться так, что все вернутся из лагеря и будут разговаривать обо всем, что там происходило, а ты будешь чувствовать себя лишним.

Солли подумал. Он поднял взгляд на Тоби в темноте.

– Может, мне и правда поехать. Ты думаешь, стоит поехать?

– Я думаю, тебе там очень понравится. Не хочу решать за тебя, но думаю, что там будет здорово.

– А если я тебе позвоню и скажу, что там ужасно?

– Я тебя заберу. Тебе не обязательно оставаться в таком месте, где тебе не нравится. Но там будет Ханна, и если ты чего-нибудь испугаешься или соскучишься по дому, ты всегда сможешь пойти и поговорить с ней.

– Может, и правда поехать, – сказал Солли.

Он уснул, но Тоби продолжал почесывать ему руку.

К утру понедельника Карен Купер была двенадцатой в очереди на пересадку печени и все еще без сознания. Тоби встретился со своими клиническими ординаторами на медсестринском посту у двери ее палаты. Они вглядывались ему в лицо, чтобы понять, каково ему приходится сегодня и каково придется им, и Тоби это понял, и ему сразу стало стыдно за то, как он на них сердился. Нельзя учить людей и при этом так на них кричать.

– Как там наша пациентка? – спросил Тоби. Они расслабились.

– Без изменений, – сказал Логан. – Продолжается острая печеночная недостаточность. Нормальные признаки активности в мозгу, но нет изменений к лучшему.

– Как прошел ваш отпуск, доктор Флейшман? – спросил Клей.

– Это был не совсем отпуск, просто некому было посидеть с детьми. – Молчание. Они тоже жаждали его крови. – В общем, всё в порядке.

Они вошли в палату к миссис Купер. Она за это время пожелтела еще сильнее. В углу сидели два мальчика примерно возраста Ханны. Джоани представила их как Джаспера и Джейкоба Куперов. Это были сыновья-близнецы пациентки. Они с несчастным видом играли на айпадах. Дэвид Купер заставил их встать и пожать руку Тоби. Дэвид все выходные читал сайт WebMD и смотрел видео на ютубе о болезни Вильсона. Еще он заставил своих ассистентов собрать досье об этой болезни. Но он по-прежнему не понимал, что болезнь Вильсона очень редкая и сложная. Именно поэтому ее так часто распознают слишком поздно, и, как правило, к этому времени она уже неизлечима. Но больные и их родственники просто не слышат, когда врач говорит им, что ущерб уже нанесен. Что чудом будет, если она вообще выживет, а уж вернуть обратно того человека, которым она была раньше, – такая возможность даже не рассматривается.

– Мы сделаем все возможное, чтобы вернуть ее к прежнему состоянию, – сказал Тоби. – Но это зависит от того, как далеко зашла болезнь, а уик-энд в Лас-Вегасе, скорее всего, еще ухудшил дело. Мы не знаем, исчезнут ли неврологические симптомы. Возможно, они никуда не денутся. А может быть, даже обострятся. Но по крайней мере мы можем сделать так, чтобы они не обострялись дальше.

Его телефон звякнул. Это был директор загородного лагеря Ханны.

У нас есть одно место для мальчика возраста Соломона.

Тоби снова перевел взгляд на Дэвида Купера и попытался сосредоточиться.

– Прорвемся, – сказал он.

И пошел в комнату для совещаний, чтобы сообщить Солли хорошие новости.

Всего несколько месяцев назад Рэйчел хотела, чтобы Солли поехал на лето в загородный лагерь. А Тоби сражался изо всех сил, чтобы сын остался дома.

– Это даже не обсуждается, – сказала она как-то ночью. – Ему нужно научиться. Ему восемь лет. Ханна впервые поехала в этом возрасте. И он впервые поедет в этом возрасте.

– Но он не хочет ехать.

– Ну что ж, иногда приходится делать и то, чего не хочется. Мы обязаны готовить их к вступлению во взрослый возраст.

– Ах, так вот, оказывается, в чем состоят наши обязанности?

Раздражение Рэйчел еще усиливалось оттого, что Солли недавно посмотрел по каналу Диснея фильм про фигурное катание детей 10–12 лет, двое из которых были мальчиками, и спросил, можно ли его записать в секцию фигурного катания.

– Я этим займусь, – сказал Тоби. Рэйчел промолчала, и фраза «что-то это слишком легко оказалось» действительно промелькнула бегущей строкой у Тоби в мозгу, потому что чуть позже, когда Солли уже лег спать, Рэйчел сказала: