Евгений Алёхин - Рутина

– Прости меня, – сказал я в леопардовую ткань. – Больше такого не повторится.

Но оно повторилось еще раз и довольно скоро.

Хорошая, казалось бы, затея привела меня еще к одной измене. Оксана как-то обронила в разговоре, что хочет чилийскую крысу. Прибравшись в комнате, я почитал об этих зверях, нашел, где взять одного малыша. В придачу к нему шла маленькая клетка. Через пару дней я привез этого парня (Оксана хотела назвать его Толик, и я сразу стал так к нему обращаться) домой. Он пока был дикий и шуганый, но я все-таки выпускал его побегать. Потом ловил и закрывал. В клетке ему было тесно. Я написал объявление «вконтакте», что мне нужна клетка для чилийской крысы. Ответила какая-то девушка по имени Инга. Не знаю, как это произошло, но она убедила меня, что сама должна привезти клетку. Она работала недалеко от «Щелковской», я мог не париться.

Я посмотрел фотографию: некрасивое носатое лицо, похожа на говнаря. Бояться нечего, к тому же старше меня. После Сигиты я утратил интерес к женщинам старше себя.

Она сошла с маршрутки как какое-то извращенное сексуальное видение. Тело у нее оказалось что надо, Инга была в коротком платье и на каблуках. Совсем не похожа на свои фото. Королева говнарей в этом вечере.

Нос, конечно, оставался горбатым, а мне оставалось только горько вздохнуть.

Все было понятно. В платье и со здоровенной клеткой в руке. Приехала потрахаться с писателем. Я подхватил клетку, мы зашли в квартиру и выпили чаю.

– Хочешь накуриться? – спросила она.

– Я не курю уже несколько лет. Но ты кури, я пива попью, если ты угостишь.

– Угощу. Только сам в магазин сходи.

Я сходил. Она достала распечатки моих рассказов, степлером скрепленные в три книги, и попросила поставить три подписи.

Я поставил и сказал:

– Ну ладно. Чего ты ждешь, пошли в кровать.

Инга уставилась на меня.

– Почему ты так решил?

– А зачем ты приехала?

– Клетку привезти.

Хорошо, сказал я. Взялся пить пиво, она еще заварила несколько плюх. Потом предложила сделать мне массаж. Помассировав спину, сказала, что я могу трахнуть ее между грудей, если мне невтерпеж. Мне было втерпеж, но почему-то не отказался. Грудь у нее была очень хорошая, приятная, большая, крепкая. Я разошелся, превратился в зверя. Рот Инга старательно уворачивала.

– Нельзя, грудь – твоя.

Я кончил ей на шею и уснул. Проснулся ночью оттого, что Инга лизала мне зад, отдрачивая рукой. Я поставил ее раком и минут сорок ебал в темноте. Пот стекал по мне. От нее пахло взрослой пиздятиной. Решил, что пора, и резко, хлопком по заднице, дал ей команду слезть, поставил на колени и кончил в горло. С утра она сказала:

– Спасибо, что уделил мне внимание, – и уехала.

Этого хватило на какое-то время. На целых два года, после этих двух измен я держался ровно два года.

Я сидел у борделя, и мне было очень скучно, если не сказать грустно.

Мой друг, наверное, как всегда, не мог кончить.

Или вообще у него не встал.

А у меня все получилось.

Для меня это слишком просто.

Завоеватель, который мечтает о поражении, сидел я и пил свой сидр.

Достал блокнот.

И выписал все свои измены за прошедшие годы.

Друг все не шел.

Наверное, признавался азиатской шлюхе в любви.

У меня было время вспомнить, и, кажется, я вспомнил всех.

Все имена выписал в столбик, а если не знал имен, то писал город и примерную дату.

Друг был очень грустный.

У меня ничего не вышло, сказал он.

Мы взяли еще выпить и поехали в гостиницу.

Я закрылся в ванной, посмотрелся в зеркало – опухшая обезьяна с тяжелым взглядом – и сжег всех своих любовниц над унитазом.

Почувствовал облегчение.

Год заканчивался.

И я хотел войти в следующий – чистым.

Новым парнем.

Свежим парнем.

Без этого шлейфа.

Без лжи.

Без постыдных флешбэков.

Но все-таки пропустил одну позицию в списке.

Вечер и ночь, кажется, в Туле.

Да, все было так уютно, что не укладывается в понятие «грех».

Но волшебство работает только раз, и оно потеряно.

Сжег не до конца, копытце осталось.

Я зашел в телепортатор, но забыл снять козявку с-под носа.

Суперборису пришлось продать свой джип, чтобы откупиться от мусоров. Отделался условным сроком. Так лавочка по продаже поддельных тренажеров прикрылась. Я съездил в Казань, где с Маевским и музыкантами записал музыку для альбома «девять рассказов». Как раз вернулся, и началась самая жара, когда мы сводили этот материал с Суперборисом у него дома. У каждого по ребенку на коленях, и мы, оба ничего не смыслящие в звукосведении, пытаемся как-то слепить отвратно записанные инструменты. Хороший барабанщик, нормальный басист, сверху труба и скрипка, которые едва попадают в ноты. В качестве допинга у нас была водка, которую мы пили незаметно от жены и матери Супербориса, и сигареты «Золотая Ява».