Александр Бушков - Сборник Спаситель Короны

— Дружище, ну к чему вам себя утруждать? Тем более мелочами? Пользуйтесь вовсю благами и выгодами своего положения, а о делах позаботимся мы, скромные…

Кстати, граф никоим образом не поднялся — он остался при министерстве двора в том же чине, но фактически был первым министром, при дворе, что особенно и не скрывалось, придворные относились к нему с должным почтением. Ну, в конце концов, такое и раньше не раз случалось — когда королевский фаворит, оставаясь в невысоком чине, иногда фактически был первым министром, а то и управлял страной вместо слабого короля. Никто и не удивлялся… А я… Собственно говоря, граф меня нисколечко не обманул, я получила все, что он обещал: роскошь, почтение двора, пышные церемонии, праздники и балы… — вот только голос у нее что-то был грустным.

— А вот теперь самое главное, — сказал Сварог. — Что тебе за эти два года удалось узнать о ваших кукловодах?

— Я тебя честно предупреждала: не очень много… Чересчур опасно было бы глубоко влезать в их дела, налаживать собственную шпионскую сеть, — она горько усмехнулась: — Я ведь умница, мне столько раз говорили… И я очень быстро поняла: все затеяно отнюдь не для того, чтобы граф таким образом получил возможность управлять страной, нет уж, все должно быть сложнее… Но и сложа руки не сидела. Среди камеристок и служанок — новых, я имею в виду — конечно, многие за мной шпионили, но вряд ли граф так уж старательно отбирал и определял в шпионки каждую. Их было с полсотни, вряд ли ему это оказалось нужно — сделать шпионками всех подряд. Я осторожненько присматривалась, изучала, прощупывала… и примерно через полгода убедилась, что могу полагаться на Тету. Ни во что не посвящена, сметливая, она у меня и стала в единственном лице тайной полицией. Правды я ей конечно, не рассказала, слишком опасно, да она и не поверила бы, решив, что королева рехнулась… Я ей преподнесла другой, вполне убедительный мотив: мол, она сама видит, что с королем что-то неладно, коли уж он так себя ведет и все это творит. А потому и королеве на всякий случай нужно иметь собственные глаза и уши, выведывать о том и об том. Она нисколько не удивилась: хоть и из Железной гильдии, но девочка умная, согласилась со мной, что дела творятся не вполне обычные, раз король так изменился и такое творит. Осмелилась даже осторожненько предположить, что его величество малость подвинулось умом. Я сказала, что и мне так кажется. Что мне удалось вызнать… Ну, одно само по себе бросалось в глаза — свежевозведенная стена. Оказалось, еще при прежнем Стахоре часть дворца отгородили глухой стеной. Официально было объявлено, что это особо личные покои королевском четы, куда имеют доступ лишь особо доверенные люди. Приняли это без удивления — короли чудили и замысловатее… В общем, там как бы государство в государстве: своя стража, своя прислуга, никто из них с остальными обитателями дворца практически не общается… Именно там большую часть времени и проводит Брашеро — и несколько его доверенных лиц. Есть среди придворных с полдюжины таких. Герцог Орк тоже частенько там бывает. Это, если ты не знаешь…

— Знаю, — нетерпеливо сказал Сварог. — Отлично знаю. Дальше. Происходило там что-нибудь такое… необычное, незаметное снаружи? Необычные дымы, огни?

— Нет, ничего подобного. Мы со Стахором там бывали примерно раз в месяц — я так полагаю, для полного правдоподобия. Коли уж это наши личные покои, должны же мы их посещать… Но я не видела ничего, совершенно ничего. Там, внутри, стоят три довольно больших здания, самые обычные на вид — вот и все, что я видела. Нас проводили в павильон неподалеку от ворот, кормили обедом или ужином и выпроваживали. Все время, пока мы там были, место казалось вымершим — ни единого человека не показывалось. А там должно обитать самое малое несколько десятков человек, если не сотня с лишним…

— И почему ты так решила? — спросил Сварог небрежно.

Литта усмехнулась с некоторым торжеством:

— Потому что самые загадочные и тайные, укрытые от всех люди, знаешь ли, должны есть и пить. Кроме тех трех зданий и павильона, там есть несомненная поварня, самого классического облика — при нас печи не дымили, но потом я частенько видела, как в том месте над стеной появляется дым, обычный кухонный дым. Тета где сама подсмотрела, где послушала, что болтают слуги. Ей даже не пришлось самой что-то выведывать, задавать наводящие вопросы; дворцовая прислуга, большей частью не замененная — они-то близко с королевской четой не общались — давненько, еще при настоящем Стахоре, судачила об этом загадочном месте, правда, с большой оглядкой: такие пересуды и раньше не приветствовались, а уж тем более при нас… В общем, туда часто и регулярно въезжают повозки с провизией и винами. Один из младших поваров при Тете разговорился: глубокомысленно вещал, что он, как мастер своего дела, клянется и божится: там, за стеной, может обитать примерно сотня человек… в любом случае, несколько десятков. Вот это, пожалуй, главное мое наблюдение… Ну, боялась я искать себе много шпионов, ну вот боялась! С графом шутки плохи. То, что проделано один раз, можно проделать и во второй. На моем месте вполне могла оказаться новая… Я сама подслушала, как граф однажды обрезал Стахора, когда тот в очередной раз попытался просить позволения чем-то там поуправлять. Ну, не грубо обрезал, просто сказал со своей неподражаемой улыбочкой: