Алексей Калинин - Гадалка [СИ]

Наталья пыталась вырваться, но стальные пальцы не отпускали. Наконец, он оторвался от неё.

— Ах ты… — Наталья захлебнулась от ярости.

Но захлебнулась она не только от ярости. К языку подкатила волна горечи, и Наталья согнулась над раковиной. Руками пришлось держать волосы, чтобы не попали под желтую струю.

— Ух, как ты меня рада видеть. Извини, не мог удержаться. Я же говорил, что ты меня заводишь, когда сердишься. И кстати, если решать мы всё-таки будем через суд, то тебе придется поискать нового адвоката, поскольку старый… хм, поскольку на Портова напали в подъезде какие-то хулиганы. Вряд ли он сможет вести твое дело.

Наталья ахнула, прикрыв рот рукой. Она тут же достала телефон и набрала номер адвоката. Сначала никто не отзывался, потом послышался голос Евгения Александровича.

— Алло? Слуфаю.

Адвокат словно чего-то жевал, настолько невнятным казался его голос.

— Евгений Александрович? Добрый вечер, это Наталья Сазонова. Скажите, пожалуйста, с вами всё в порядке?

— Здравствуйте, Наталья. Я как раз собирался вам звонить. К софалению, не всё в порядке. У меня случилась неприятность, и я вряд ли смогу представлять вафи интересы в суде. Извините.

Следом послышался звук отключения сигнала. Наталья заворожено смотрела на потухший экран телефона.

— Зачем? Он же ничего не сделал.

— Он начал копать под меня, а этого достаточно для тех кругов, в которых я вращаюсь. Вот и пришлось культурно намекнуть, чтобы он не лез в это дело, если ему дорога жизнь. Я вижу, что твой адвокат понятливым оказался. Жаль, что ты до конца не понимаешь.

— Пошел вон! — Наталья не смогла удержаться от крика.

— Милая, ты снова меня заводишь, — крякнул Андрей и сделал к ней шаг.

— Пошел вон, больной ублюдок!

— У вас всё в порядке? — на крик выбежал Сережка.

Он переводил взгляд с покрасневшей матери на спокойного отца. Мать тяжело дышала, кулак правой руки сжался так, что кожа на костяшках натянулась и побелела.

— Да, Серёж. Всё нормально. Снова поспорили с Наташей по поводу твоего будущего, но сошлись на том, что выбирать всё же придется тебе. Сейчас мне нужно идти. Проводишь меня?

— Конечно, провожу. Мам, ты как?

— Всё хорошо, Серёжа. Всё хорошо. Переутомилась, наверно, — Наталья заставила себя улыбнуться.

Сын не должен видеть слабую мать. Не должен и всё тут. Она видела, как Андрей склонился над плечом Серёжки и что-то ему прошептал. Сын согласно кивнул. Наталья не выдержала и вышла в коридор.

— Вот, наша мама тоже нас провожает. Милая, не стоит беспокоиться, я рожок для обуви не украду, — оскалился Андрей.

Если бы она могла, то заехала бы этим обувным рожком прямо по этому оскалу. Отомстила бы за все ночи в холодной постели, за все слезы, которые впитала подушка. Она смотрела на него. Внутри клокотал вулкан, но она заставляла себя оставаться холодной.

— До свидания, Сережа, до свидания, Наташа. Жаль, что нам не удалось договориться, — Андрей пожал руку Сережке и подмигнул Наталье.

Она смотрела на него.

— Пока, пап, как-нибудь созвонимся, — сказал Сережка и закрыл дверь за отцом.

— Мам, точно всё хорошо? На тебе лица нет.

— Да, Серёж, всё нормально. Чуть-чуть поругались с Андреем, но сейчас всё нормально.

Наталья обнаружила, что до сих пор сжимает кулак. Она расслабила онемевшие пальцы.

— Я там котлеты купил и пожарил. Будешь кушать? Не в ресторане, конечно, но есть можно. Даже не пригорели, — улыбнулся Серёжка.

В ресторане! Юрий с водителем ужинают в ресторане и ждут, пока она соберется!

— Ох, Серёж. У меня ещё одно дело осталось. Я сейчас отлучусь часа на три. Как кстати, что ты напомнил, — Наталья побежала в ванную. — Поем потом, всё без меня лопай.

— Ну вот, а я старался, — понурился сын.

— Я обязательно оценю и вынесу критическую рецензию.

Через полчаса к заведенному «Мерседесу» вышла королева красоты. Она гордо проплыла по двору, на ходу дожевывая котлету. Улыбнулась некрасивому принцу, который открыл перед ней дверь «кареты» и села внутрь. Вечер опустил покрывало темноты на московский дворик, поэтому мало кто из людей гулял на улице. Однако сосед сверху заметил перемещение Натальи.

Заметил и позвонил по номеру, который ему, вместе с тысячной купюрой, протянул мужчина, похожий на Аль Пачино. Вот только курносый нос немного портил впечатление от сурового лица.

— Неужели тебе не понравилось? — спросил Юрий, когда они вышли из театра эстрады.