Владимир Козлов - Родиться Царём

Они остановились около общежития, где раздавался пляс под детсадовскую песню. «Топни ножкой раз, два, три».

— Вот сюда нам и надо, — сказал Олег, — только запомни, не обращай внимания на маты и их грязные разговоры. Твоя роль будет одна, сходить и принести новые карты.

Три колоды с разными рубашками, которые он зарядил ей в сумочку, были, как две капли воды похожи с теми картами, что продавались в газетном киоске местной столовой.

Алисе нужно было только под видом покупки карт прогуляться до столовой, купить журнал «Огонёк», несколько свежих газет и принести карты, которые лежат у неё в сумочке.

В этом общежитии Олега ждали. Его пригласили ребята с Томска, работавшие на погрузке и приезжали в Игарку на заработки каждый сезон. С ними он познакомился на кране, у Мартына, когда в обеденный перерыв он специально проиграл им двести пятьдесят рублей. Увидав, что он в золоте и при деньгах они и пригласили его в день получки пятого октября поиграть к себе в общежитие.

— Вот и Дорогой явился, — сказал щербатый Юрка, которого все называли Балабан, — присаживайся? — А подругу ты зря привёл, бывает, мы играем до утра. Она замучается здесь сидеть в накуренной комнате.

— Она недолго побудет, потом я на минуту отлучусь проводить её до общежития, — сказал Олег.

— Твоё дело — ты барин! По нам пускай хоть до утра сидит. Но она может и утомится здесь?

Алиса присела на край чей — то кровати, а Олег сел за стол. Он за десять минут проиграл сразу сто рублей в старую известную игру секу.

— Нет, ребята мне карты ваши не нравятся? — недовольно сказал он, — пускай, кто — ни будь, сходит в столовую за новыми картами. Эти карты все потрёпаны.

— Не в картах дело, а в везении, — сгребая выигранные деньги, сказал крепкий мужчина с густыми бакенбардами на щеках по кличке Плохой.

Олег проиграл тут — же ещё раз сто рублей и бросил недовольно карты на стол:

— Нет, ребята, я так получку всю свою проиграю. Такими картами играть я не хочу, пойду лучше в кино схожу. Две тысячи хоть сохраню. Я получил две двести. За пятнадцать минут двести рублей продул, это выходит за полтора часа, я проиграю две тысячи, за которые я работал целый месяц.

— Успокойся Дорогой? — сказал Балабан, — зашли свою принцессу за картами, а сам играй, — не желали он отпускать денежного клиента.

Он перевёл взгляд на Алису.

— Алиса сходи, купи карты? — попросил Олег, — и не одну, а две или три колоды, только разные и газет свежих с журналом «Огонёк» возьми.

— Перестань, глупостями заниматься? — сказала Алиса, — пошли лучше в ресторан или кино сходим?

— Тебе говорят, иди, — прикрикнул нарочито на неё Олег, — я чувствую, что мне сегодня повезёт.

Алиса обиженно встала и выбежала из комнаты.

— Или слушает тебя, или обиделась, а это значит не придёт больше, — высказал свою мысль парень по кличке Лис.

— Придёт куда она денется, — сказал уверенно Олег, — она меня любит и думает уехать отсюда моей женой.

— А она ничего красивая, — оценил Балабан.

— Плохих женщин не любим, — парировал Олег.

Алиса пришла, бросила на стол три колоды карт и сунула Олегу пачку корреспонденций.

— Проигрывай, читай, а я не намерена у тебя за спиной сидеть и любоваться, как ты деньги на ветер спускаешь.

Хлопнув дверью, она ушла.

— С характером девица, — произнёс Лис.

— К утру остынет, — сама ко мне прибежит, — бросил важно Олег.

***

Было пять утра, к Алисе пешком было идти далеко. Тем более наступила полярная ночь, и на улице ничего не было видно. Он, к этому времени обчистил всех Томских стивидоров и довольный пошёл к себе в общежитие. Навар был ошеломляющим — семь тысяч. Хоть машину покупай — хоть квартиру. Подходя к своему общежитию, он посмотрел на окно своей комнаты. Там горел свет.

«Точно, завтра на работу не выйдут» — подумал он.

Подойдя к комнате, он шума не слышал и его это успокоило. Была надежда хоть немножко вздремнуть.

Он открыл дверь. На его кровати спал Тореро, а Толик сидел за столом с большой шишкой на лбу и ел руками солёную капусту.

— Ты откуда в такую рань? — спросил он у Олега.

— Я умственно работал за столом, — в упор он посмотрел на Толика, — а вот ты скажи, откуда у тебя шишка? Я тебя вчера видал спящим, лицо чистое было.

— Это свежак, только что заработал и бесплатно, — потрогал он шишку. — И самое обидное, что кто её жамкал, седьмые сны смотрят, а мне провожатому в лоб закатал её муж.

— Ты про Людку, что ли говоришь? — спросил Олег.