Кэндес Бушнелл - Все на продажу

— На нас будут работать подрядчики, папа, — сказал Селден. Ричард презрительно махнул рукой.

— Помнишь, как мы строили свой дом? — обратился он к жене.

— Ты хотел сказать: когда я его строила, дорогой, — уточнила Пола. — Я помню, как не могла тебя заставить ничего сделать. — Она повернулась к Джейни. — Я не могла добиться его мнения даже о том, какие ему нравятся дверные ручки!

— Дело не в том, что мне хотелось бездельничать, — сказал Ричард сыну. — Просто у меня была рабочая неделя продолжительностью пятьдесят четыре часа!

— А у тебя найдется для этого время? — спросила Селдена Пола Роуз.

— Оно найдется у Джейни, — заявил Селден, не оставляя в покое руку жены. — Она непревзойденная мастерица по части деталей. Видели бы вы, как она старается, прежде чем выйти вечером из дома…

— Не сомневаюсь, — сказала Пола чопорным тоном. Джейни высвободила руку.

— В чем дело? — растерянно спросил Селден.

Джейни встала и ушла в ванную комнату. Там, глядя на себя в зеркало, она сделала страшное открытие: она попала в ловушку, стала пленницей того самого образа жизни, к которому никогда не стремилась.

Выйдя, она застала остальных в гостиной за просмотром видеозаписи последнего показа мод под мелодию «Детка, не делай мне больно».

— Надеюсь, ты не возражаешь, — сказал Селден, жестом предлагая ей сесть с ним рядом на диван. — Я не мог не показать это своим родителям.

— Это уже показывали по телевизору, — сердито ответила она.

— Нас никто не предупредил, — сказала Изабель.

В комнате ощущалось сильное напряжение. Ричард Роуз сидел с неподвижным лицом, изображая безразличие, словно не мог себе позволить проявить интерес к происходящему на экране. Пола выглядела недовольной, Уитон явно забавлялся происходящим.

— Прошу внимания! — сказал Селден, не чувствуя настроения аудитории. — Выход Джейни!

В следующую секунду на подиуме появилась Джейни в синем бюстгальтере, обсыпанном блестками, и миниатюрных трусиках. Остановившись, она обвела зрителей надменным взглядом и зашагала неподражаемой походкой супермодели, придав лицу профессионально высокомерное выражение. Сейчас, глядя на себя в записи, она содрогнулась: грудь выглядела огромной, и мужчины-зрители реагировали на нее свистом и восторженным улюлюканьем, как юнцы в заштатном стриптиз-клубе. Изабель, чувствуя смятение Джейни, похлопала ее по ноге:

— Вы потрясающе выглядите, Джейни! Ты согласен, Уитон?

— Полностью согласен, — отозвался Уитон, глядя в пол. Внезапно Пола встала, подошла к телевизору и выключила его.

— Ты это зачем? — возмутился Селден.

— Джейни действительно выглядит потрясающе, — твердо проговорила Пола. — Но по-моему, для Рождества это представление не совсем уместно. — И она добавила жизнерадостно, будто ничего не произошло:

— Все как обычно? Сначала на пляж, потом теннис?

Все поднялись. Селден похлопал Уитона по плечу.

— Сыграем до пляжа? — предложил он.

— Охотно, — сказал Уитон.

Роузы выходили из гостиной. Джейни отвернулась от них. Ее крушение продлилось считанные секунды, и теперь никто из них не осмелился посмотреть в ее сторону.

— Вы идете, Джейни? — спросила Пола, не соизволив оглянуться.

— Я сейчас.

Она задыхалась. Бежать из этого дома, бежать от них! Ей здесь не место, она здесь чужая. Это знали они, знала она, зачем же притворяться, что все в порядке?..

Она поспешила в свою спальню. Селден быстро надевал теннисные шорты, словно тоже торопился удрать.

— Привет, детка! — И он завертел задом, чтобы побыстрее натянуть шорты.

— Все это страшно неудобно… — прошептала она.

— Брось, детка. — Застегнув шорты, он подошел к ней и по целовал в щеку. — Не обращай внимания на маму: она у нас консерватор. Она знает, чем ты зарабатываешь на жизнь, но не хочет напоминаний об этом, вот и все. Так что не волнуйся. — Он любовно тряхнул ее за плечи. — Уверен, она не стала тебя меньше любить и…

— Она меня не выносит, — перебила его Джейни и, подойдя к шкафу, достала свою сумку.

— Что ты делаешь? — спросил Селден.

— Я уезжаю, — ответила она. — Улетаю первым же рейсом.

— Перестань! Надеюсь, ты шутишь?

— Никогда в жизни не была так серьезна, — процедила она сквозь зубы. Он схватил ее за руку.

— Мама этого не хотела, уверяю тебя! — сказал он примирительно. — Я велю ей попросить у тебя прощения.

— Дело не только в этом.

— В чем еще?

— Во всем, — Она больше не собиралась его щадить. — Весь этот отпуск — полное дерьмо. Мы даже не можем сходить в бар, выпить…