Клиффорд Ирвинг - Мистификация

Присутствовали где-то около двухсот человек, почти все – служащие "Макгро-Хилл", от директоров отдела продаж до продавцов из Чикаго, Денвера и Сан-Франциско. Я заметил Альберта Левенталя, беседовавшего с Эдом Куном, в прошлом занимавшим место Левенталя, а теперь управляющего "Плейбой букс". Приехали и другие знакомые лица – издатели, главы отделов, второстепенные фигуры из издательства "Джолли грин джайент", курсирующие поблизости с напитками в руках.

Стены были завешаны шестифутовыми репродукциями. Там были Джин Харлоу, демонстрирующая глубокое декольте, украшенное драгоценностями; сцена с Джейн Рассел из фильма "Вне закона", где актриса показывала отнюдь не только бриллианты; "человек из Нассау" красовался на портрете в шлеме и перчатках пилота тридцатых годов. Над всем этим висели гигантские макеты обложки нашей книги с большими черными буквами, совершенно сногсшибательные. Своей уверенностью и напором они походили на заголовки газетных передовиц: "АВТОБИОГРАФИЯ ХОВАРДА ХЬЮЗА: ПРЕДИСЛОВИЕ И КОММЕНТАРИИ КЛИФФОРДА ИРВИНГА". Я почувствовал, как начинаю идиотски ухмыляться, и заказал себе еще один бурбон со льдом, пытаясь стереть с лица неуместное выражение. "Все эти люди очень серьезно относятся к происходящему, – напомнил я себе. – Тебе лучше последовать их примеру. Не проколись, не умри от хохота – или тебе придется туго".

Несколькими месяцами ранее, когда мы избавились от устрашающего вызова, созданного господами Постом и Итоном – чьей книге уже не суждено увидеть свет, – Дик сказал мне:

– Слушай, а может, в "Макгро-Хилл" все уже выяснили? Может, они продолжают игру, так как знают, что мы выйдем победителями? Что если они и в самом деле знают?

– Что все это мистификация? Боже мой, никогда. Ни за что.

Дик недоверчиво приподнял бровь:

– Ты уверен?

– Уверен на все сто.

– Они должны были догадаться. Как можно быть такими наивными?

– Да потому что они верят. Сначала хотели поверить, а теперь вынуждены. Они хотят верить, потому что это потрясающая удача, это странно, дико, это Ховард Хьюз, самый богатый человек в мире, и лично они, только они, в сговоре с ним. Они тоже любят печенье "Орео" и восхищаются, когда Ховард выбрасывает на ветер сто тридцать семь миллионов долларов без всяких размышлений. Именно так им хотелось бы жить. Как ты не можешь понять, сколько эгоизма и тщеславия таится в нашей афере? А секрет, который защищает нас с тобой, заключается в том, что они любят больше всего. Наш текст переносит их из повседневности в другой мир, мир мечты, где им хочется жить. Но в то же время они боятся его, ибо знают, насколько он безумен. И самое главное, благодаря нам они могут окунуться в этот мир, но одновременно чувствовать себя в безопасности. Читателя защищает посредник. Я – буфер между реальностью и фантазией. Это сказка, сон. А красоту предприятию придает то, что они получат от него деньги. Общая прибыль оправдывает любые формы безумия. В наше время еще не было такой мистификации – это похоже на историю того сумасшедшего парня из "Уловки-22", Милоу Миндербиндера, который во время войны проворачивал дела по всей Европе – и с американцами, и с немцами, но все было в порядке, потому что все были в доле. Каждый оставался в выигрыше. В нашем случае даже Ховард не внакладе, так как он становится легендарной фигурой и получает лучшую автобиографию, чем все те, которые он сам когда-либо смог написать.

– Или те, которых заслужил. Каким же сукиным сыном он должен быть на самом деле. Если кто и знает подлинную сущность нашего героя, так это мы. – В глазах Дика вспыхнули озорные огоньки. – Но я все еще думаю, что ты можешь ошибаться. Когда все закончится, когда ты сплавишь книгу и они вручат тебе последний чек, то приведут в кабинет, подмигнут, а Хэрольд Макгро скажет: "Отличная работа, парень. Мы знали, что у тебя все получится. Только не надо мухлевать с налогами".

Дик захохотал, и я присоединился к нему. Такое сладостное видение возможного будущего. Но затем я остановился и тряхнул головой:

– Никогда. Они слишком правильные. Они – истеблишмент. Они верят. Им нужно верить, иначе они никогда не смогут спать спокойно.

И теперь, когда все получилось, когда книга уже была в работе, а успех "Проекта "Октавио"" превзошел все ожидания, стало ясно: тогда я оказался чертовски прав, они верили. И не имело значения, что компания Хьюза отказалась признать подлинность книги, что Честер Дэвис каждый день разражался угрозами в письмах и названивал Хэрольду Макгро и Джону Куку. Вера переросла в нечто, граничащее с религиозным пылом. Ланч в Гемпшир-хаузе был пиром благодарения, ведь вера и тяжкий труд принесли щедрые плоды. Радость была столь огромной, что даже менял пустили в храм.