Леонид Шадловский - Красное море

— Кто такой Шульман? — спросил Зэев и оглядел авторитетов. — Мы его не знаем.

— Вам и не нужно его знать. Главное, что я знаю Шульмана. И верю ему, — отрезал Натан. Чёрный пнул его ногой.

— Опять «русский»! — зашумели присутствующие. — Скоро от них будет не продохнуть!

— Ша! — гаркнул Зэев, и повернулся к Натану. — Почему мы должны ему верить?

— Я знаю, что тебя волнует. Даю слово, Шульман будет отстёгивать вам на пять процентов больше, чем Фазиль. Такие условия принимаются?

— Нет, — Зэев покачал головой. — У нас тоже есть человек на это место. Мы знаем его лучше и дольше, чем твоих людей. Почему ты против нашего человека?

— Это моя территория! Но если ты, Зэев, против, давай спросим у других, — предложил Натан.

Авторитеты загомонили, заспорили, стараясь перекричать друг друга… В этом тоже выражался их израильский менталитет. Они не умели слушать.

— Что мы здесь делаем? — тихо спросил Шац у Бакланова.

— Погоди, дойдёт очередь и до нас, — так же тихо ответил Моше. — Ты же знаешь, Натан никогда просто так не приглашает.

— Господа, я вот что хочу ещё добавить, — сказал Натан, когда шум немного утих. — Как вы знаете, проституция приносит вам баснословные доходы. И вы хотели бы их сохранить. Верно? Как вы знаете, сейчас готовится законопроект о легализации проституции. Я думаю, не надо объяснять, что это грозит для всех вас потерей огромных дивидендов. Поэтому я пригласил сюда депутата кнессета Юрия Шаца. Он вместе со своей фракцией этот закон должен будет похерить. Однако если вы не согласитесь с моим предложением, он ведь может проголосовать и «за». И тогда вы потеряете все. Вы меня поняли?

Зэев перекосился в лице. Он понял коварный план Натана. На сходку приехали, в основном, авторитеты из Центра и Севера. Доходы Юга их не касались. А вот легализация проституции оставляла их без львиной доли денег. Естественно, они тут же проголосовали за предложение Натана.

— Вот так, — тихо сказал Бакланов, — у тебя даже не спросили. Тебя просто поставили перед фактом. Ты для них пустое место, Юра.

Шац промолчал.

— Но и это ещё не все статьи доходов, — не давая опомниться, сказал Натан. — На Юге сейчас будет проводиться аукцион на земли под строительства. Если искусственно взвинтить залоговую цену, от этого можно поиметь от тридцати до сорока процентов всех доходов от этих аукционов. Вы понимаете, господа, что я имею в виду?

Наступила гробовая тишина. Каждый подсчитывал, сколько можно будет получить, если такой аукцион состоится.

— Для этого я позвал Моше Бакланова, — продолжал Натан, — он заместитель мэра Беэр-Шевы.

— Вот и до меня дошла очередь, — все так же тихо прошептал Бакланов.

Шац только злорадно улыбнулся. Все-таки лучше в дерьме сидеть вдвоём, чем в одиночку.

— Ладно, пусть человек Натана берет бизнес Фазиля, — раздался голос Ариэля Нисима, большого грузного человека, владеющего рядом публичных домов и игорных заведений в Тель-Авиве.

— Действительно, мы же от этого ничего не теряем, — поддержал его «марокканец» Альперон. — А насчёт аукциона, предложение очень выгодное.

Собравшиеся согласно закивали головами. Зэев понял, что проиграл. Идти наперекор «авторитетному» обществу он не мог. Стараясь не выдать своих чувств, он сказал:

— Ну, что ж, предложение действительно выгодное. Но, господа, не кажется ли вам, что Натан водит нас за нос? Каким образом можно увеличить залоговую сумму, если она уже определённа и утверждена? Или Натан считает нас за дурачков?

— Нет, господа, я бы никогда не позволил себе водить за нос, как выразился Зэев, таких уважаемых людей, — Натан улыбнулся. — Да, он прав, цена определённа, но это не значит, что нельзя вынудить комиссию её изменить. Я думаю, Моше Бакланов расскажет вам, как это делается.

— Да что там говорить, — закричал самый молодой «авторитет» по кличке Кабан, — мы и без него знаем.

— Да и пять процентов от нормы за бизнес Фазиля тоже неплохо, — пробасил Нисим.

— Решено, — скрипя сердцем, подвёл итог Зэев. — Будь по-вашему.

— Абу, — сказал Натан арабу-хозяину, — неси водку. Это дело надо обмыть.

— Натан, если мы больше не нужны, то мы пойдём, — подошёл к Натану Шац.

Да, идите. Я надеюсь, все поняли? По новой объяснять не надо? Подведёте, повешу за яйца на первой же пальме, — он засмеялся и потрепал Шаца по щеке. — Жека, наливай!

Зэев Розен вместе с Аароном уехал практически сразу, после принятия решения. Следом за ним потянулись и остальные. Натан с Чёрным остались в одиночестве.