Леонид Шадловский - Красное море

— Ты кто? — язык распух, еле ворочался.

— Лея, — голосок был слабый, еле слышный.

— Лея? — в голове начало проясняться. — Кто это тебя так?

— Ты.

— Я? — он даже приподнялся, но снова упал на подушку. — Не может быть! Хотя… Наверное, за дело. Пиво есть?

— Нет. Водка осталась.

— Тащи. Сколько время? На работу пора?

Лея выбралась из постели и, не глядя на него, стала одеваться. Арье скосил на неё глаза. М-да, если это он так постарался, то она ещё долго на улицу не выйдет. На её теле то тут, то там проступали синяки, на шее виднелся след от укуса, скула распухла, так же как и глаз… Черт, неужели это он сделал? Как бы эта дура не заявила на него. В принципе, ничего страшного, пусть докажет, но все равно неприятно. Самое поганое, что он ничего не помнит. Ну, совершенно ничегошеньки! Стоп! Он же сюда не один пришёл, а с Игалем. Может, это Игаль так отделал её? Да нет. Он же сам его из квартиры выкинул. Вот черт, только этого ему не хватало! Ладно, с этой шлюхой он как-нибудь договорится. Первый раз, что ли… Арье осторожно спустил ноги на пол, стараясь не сильно мотать головой. Потом встал. Вроде нормально. Вышел на кухню. За столом сидела Лея, рассматривая свои синяки в маленькое зеркальце. Арье сел рядом.

— И за что я тебя? — спросил он, придавая голосу совершенно не ощущаемое им соболезнование.

— Не знаю, — не глядя на него, ответила Филопонтова. — Ты начал орать что-то про «русских пантер», потом про Гринберга…

— Это про какого Гринберга? — спросил Арье, наливая в стакан водку «Кеглевич». — Про Натана, что ли?

— Да.

— А что, ты его знаешь?

— Видела несколько раз. По работе.

— И что было дальше?

— Дальше ты начал меня бить. Трахал и бил, бил и трахал. Не бойся, я на тебя заявлять не буду. А синяки заживут.

— Понравилось, что ли? — Арье из-под бровей посмотрел на неё.

— Не могу сказать. Меня ещё никто не бил. Как я понимаю, у тебя свой счёт к Натану Гринбергу?

— Да нет, особенного счета нет. Не нравится он мне. Не верю я ему.

— Если ты его хочешь достать, то я могу помочь. У меня свой счёт к нему есть.

— Да? — удивился Арье. — Где же он тебе дорогу перешёл? Какие у тебя могут быть с ним общие дела?

— Общих дел не было, а вот просьба была. Он хотел, чтобы я поближе познакомилась с Абуджарбилями, написала бы несколько статей, разоблачающих их бизнес. Я согласилась. Но потом там что-то переигралось, и Абуджарбилями занялась Лидка Маркова.

— Подожди, это не та Маркова, которая проходит свидетелем по убийству?

— Та самая. Он специально её подставил, я уверена. Она наверняка знает больше, чем говорит. Честно говоря, мне на неё плевать. Корова и сука, блядь первостатейная, но я хочу вывести его на чистую воду.

— Тебе обидно, что он не дал тебе подзаработать? Ладно, рассказывай, что тебе известно.

— Вообщем-то, то же самое, что и всем остальным. Но в его фирме работал Нугзар, мой хороший знакомый. Может быть, ты его знаешь, он полицейский.

— Это тот, которого внедрили в «Рос-Исраэль»? А ты откуда знаешь?

— Он мне сам говорил. А я Марковой. Думаю, что она проговорилась Натану, или он выбил из неё признание. Короче, Нугзар попал под машину. Но я уверена, что это не случайность. Нугзар никогда не переходил улицу на красный свет, только на зелёный, даже если машин на дороге не было.

— Но это же не доказательство. Нужно что-то существенное.

— Будет тебе существенное. Но если ты его не посадишь, я заявлю на тебя за избиение и изнасилование.

— Угрожаешь?!

— Предупреждаю. Я знаю, что многие из вас кормятся у него, может быть, и ты тоже.

— Ты говори, но знай меру, — вспылил Арье. — Я бы всех этих «русских» подонков пересажал бы. С удовольствием.

— Вот и посади его. А потом поговорим.

Арье летел на работу как на крыльях. Теперь он «достанет» Натана. Если верить Филопонтовой, Маркова врёт. Или не говорит всей правды. Значит, врёт и Быков. Ничего, скоро они все ему расскажут. Или он их посадит за ложные показания и сокрытие убийцы.

В отделении ему навстречу попался Игаль. Вид у него был смущённый.

— Шалом, Лева, ты не обижаешься? Я перепил вчера…

— Игаль! — не слушая друга, зашептал ему Арье. — Я теперь знаю, как поймать Натана. Мне Лея рассказала.

— Что она тебе рассказала? — вдруг напрягся Игаль. Арье не заметил этого.

— Всё! Свидетели врут. Врут, как… как это по-русски… как сидоровы козы. Да? Я сегодня же вызову эту шалаву Маркову. И Быкова. Он гомик?

— Нет. Он опущенный.

— Что такое опущенный? А-а, трахнутый.