Евгений Гришковец - Асфальт

Но он этого не знал и изо всех сил старался вникнуть в дела. А все дела и проблемы были связаны с Петрозаводском.

Миша постарался быстро вникнуть. Потом было много звонков в пресловутый Петрозаводск и знакомым влиятельным людям в Москве. До кого-то не могли дозвониться, кто-то был занят и просил перезвонить, кто-то выслушивал, обещал выяснить и перезвонить сам. За пару часов такой работы возникло ощущение, что и телефон раскалился, и Миша закипает. Лёня же сидел, давал какие-то комментарии или советы чуть ли не с довольным видом, дескать, он же предупреждал, он же говорил.

Там, в Петрозаводске, действительно нарушали прежние договорённости и собирались отдать предназначавшиеся Мишиной организации объёмы кому-то другому. Прямо так, что, мол, отдаём другим, Мише не говорили. Но становилось ясно по уклончивым и невнятным ответам, что там идёт какая-то возня, и возня серьёзная. Во всём этом Мише не очень хотелось разбираться. В каждом городе были свои интересы, свои многозначительные намёки, свои тайны мадридского двора. Миша хорошо всё это знал. Но в данном случае путаницы было действительно много, информации мало, а тяжёлых разговоров, выяснений, интриг и прочих неприятностей, видимо, предстояло достаточно.

Мише очень хотелось гордо отмахнуться от всей этой проблемы под общим названием «Петрозаводск». Но уже было потрачено много времени, усилий, денег, была специально закуплена техника. А главное, Петрозаводск был в конкретном и уже утверждённом плане. Сдаваться было нельзя. Да и Лёня сидел рядом с Мишей, заглядывал ему в глаза и являл собой символ стойкости, упорства и нацеленности на победу. Только победить должен был Миша.

Миша понимал это. Он также понимал, что если он отступит и проиграет, то последствия будут хоть и не катастрофические, но серьёзные. И ещё с этой, как ему казалось, проклятой трассы на Петрозаводск должно было начаться успешное Мишино вхождение в тему и в работу по разметке дорог. Дорожные знаки оставались знаками, но разметка была его давним интересом и профессиональной мечтой.

А тут он звонил, звонил по телефонам, страшно хотел послать кого-нибудь подальше или хотя бы грязно выругаться, но не мог. Через два с половиной часа такой работы Миша устал.

– Всё, Лёня! Пауза двадцать минут, – сказал Миша, закончив очередной длинный витиеватый и совершенно безрезультатный телефонный разговор.

– Ну, ты видишь теперь, что надо лететь туда, и лететь срочно? – почти победно и гордо сказал Лёня.

– Вижу, что ситуация сложная. Но пока мне ещё ничего не ясно. Лететь туда – это последнее средство. А сейчас двадцать минут перерыв, – сказал Миша строго, но бодро. – А что-нибудь приятное ты можешь сообщить мне? Неужели ты ничего хорошего без меня не сделал? Не поверю, что нет хороших новостей.

Миша говорил это, а сам встал из-за стола, потянулся всем телом и пошёл к двери из кабинета.

– Валя, дорогая, сделай нам кофе, пожалуйста, – сказал он, выглянув за дверь.

Валентина держала телефонную трубку у уха. Она, не отрываясь от телефона, кивнула. Миша вернулся в кабинет и подошёл к окну.

День уже наступил. Пасмурный, сухой и холодный осенний день. В узкой улице за окном было серо и неуютно. Из-за того, что Миша подошёл к окну, ему опять вспомнилось, что он ещё не курил сегодня. Обычно, а точнее всегда, когда он просил кофе, а потом подходил к окну, после этих действий следовала сигарета.

Лёня вяло и нудно говорил что-то о том, как он встречался с немцами, что встреча прошла хорошо. Он говорил, что нужно искать новых партнёров, чтобы делать бетонные платформы для установки знаков, потому что он уже устал от того, что их давний партнёр совсем расслабился и от него пошло много брака. Ещё Лёня говорил, что он уже знает, с кем нужно работать в этом направлении.

А Миша слушал и думал о том, что он с утра не курил и до сих пор не хочет. Точнее, хочет, но не очень. Он думал, что, может быть, это как раз повод, чтобы бросить курить. Он чувствовал, что ему нужна какая-то серьёзная внутренняя работа, задача и преодоление на ближайшие выходные. А бросание курить – это очень подходящая, бесспорная, трудная, но благородная задача. И не только на выходные.

А ещё он вспомнил, что скоро к нему придёт знакомиться преподаватель английского языка. В тот момент он обрадовался такому воспоминанию. Миша давно мечтал бросить курить и начать всерьёз изучать английский. И всё это сходилось в один день. Он счёл это знаком. Знаком хорошим.