Евгений Гришковец - Асфальт

Когда Миша вытирал лицо полотенцем, он уже придумывал, что скажет Ане по поводу того, что ему нужно будет поехать к восьми часам на встречу. Он толком ничего не успел придумать, но время у него ещё было.

Выходя из ванной, он услышал сигнал своего телефона. Сигнал доносился из спальни. Миша постоял, прислушался к тому, какие звуки долетали из кухни. Аня там чем-то позвякивала, ходила. Он услышал это и поспешил к своему телефону.

– Я не дождался, когда ты мне перезвонишь, – сразу заговорил Сергей, взволнованно и недовольно. – Это на тебя не похоже, Миша! Сколько можно ждать? Сказал, что перезвонишь, а сам?

– Прости, дружище, – ответил Миша, – я тебе уже собирался звонить. Не сердись, мне и без того плохо.

– Хорошо, что я с вами не пошёл. Или зря, что я с вами не пошёл. Сейчас бы отмокал в ванне и все дела. Ох, Миша, выручай! Со мной такого ещё не было. Ты не поверишь, но я минуты считал, ждал, когда тебе утром можно будет позвонить. Сам-то я поспал чуть-чуть. Глаза продрал в семь. Ждал, ждал, позвонил, а у тебя телефон выключен. Я тебе раз сто звонил. Так что, давай, выручай! Ох, и влюбился я!… Ужас!

– Значит, и тебя угораздило? – ответил Миша. – А хотя пора уже. Чем я-то могу тебя выручить? Ты придумал уже?

– Миша! Ты меня удивляешь! Ты же сам вчера говорил, что сегодня всё придумаешь.

– Я помню. Только я сказал не «придумаю», а «придумаем».

То, что вчера Мишу радовало, теперь тяготило. Накануне ему давало ощущение счастья и радости то, что он видел, как у него на глазах возникла и разгорелась влюблённость, теперь же всё это требовало продолжения и участия. И теперь Миша не мог найти в себе сил радоваться. На продолжение, а тем более участие, у него не было сил.

– Хорошо, давай придумаем! – с готовностью отозвался Сергей. – Но давай придумывать сразу. Сейчас! А то эта неизвестность меня убивает.

– Серёга! Неизвестности будет ещё много.

– Миша, родной! Пожалуйста, перестань со мной говорить, как учитель с учеником. Ты знаешь больше, я знаю меньше. Ну и что? Лучше подскажи и помоги. Придумывать, так придумывать.

– А чего тут придумывать? Мне, дружище, сейчас не до придумок. Давай, я дам тебе Сонин телефон, как ты и хотел. Звони, говори, придумывай.

Сергей ответил не сразу.

– Да уже нет, Миша. Так, наверное, не надо. Она же мне телефон не дала. Это я вчера рвался в бой. А сейчас я уже не знаю. Я боюсь сделать что-нибудь не так… А ты почему такой? Ты почему сердишься? Я не понимаю.

Миша подумал пару секунд, мысленно плюнул, понял, что ему трудно и невыносимо одному барахтаться в этой своей нелепой и страшной ситуации. Он подумал да и рассказал о том, что с ним произошло и происходит. Он понял, что ему нужна помощь, а Сергей мог помочь или хотя бы подсказать, как себя вести и что делать.

Сергей слушал внимательно. Он сразу вспомнил то, что говорил ему Миша ещё накануне. Он выслушал всё, иногда вставляя: «Ну ты дурак!» или «А вот это ты зря!» или «Зачем? Это же глупо!»

– А если я тебе скажу, что ехать никуда не надо, то ты меня всё равно не послушаешь? – спросил Сергей, когда Миша закончил.

– Я не знаю. Я ни в чём не уверен, Серёга. Но просто так сидеть и вздрагивать от каждого звонка я не могу. Я хочу, чтобы это закончилось.

– Ты понимаешь, Миша, что всё это ерунда? Ничего он тебе не сделает.

– Нет, не понимаю. Я не знаю, кто это, но он не шутит. Я не знаю, что он может сделать, но он знает, что делает. Я боюсь, дружище. Если бы ты слышал, как он говорит! Какой у него голос!

– Я много с кем говорил. И было время, мне самому приходилось говорить людям то, от чего им становилось страшно. И страшные вещи мне тоже приходилось делать, – сказал Сергей. – Ох, я бы с твоим этим поговорил бы. Так, значит, ты поедешь?

– Не знаю. Не решил ещё…

– Короче, поедем вместе. Понял?

– Он сказал приехать на моей машине… – плохо скрывая облегчение и радость, сказал Миша.

– Подъеду к тебе в семь и всё решим, не ссы! – бодро перебил его Сергей. – Но и ты тоже подумай, как обещал. Помоги мне, Миша! Я делать ничего не могу. Ещё немного, и я готов был в Крылатское ехать, просто, чтобы что-то делать. Во как меня накрыло! А ты говоришь: голос, голос. То, что с тобой случилось, – это ерунда.

Они договорились, что Сергей подъедет к семи, позвонит и Миша выйдет.

– А пока поеду в бассейн поплаваю. А что ещё делать? – сказал в конце разговора Сергей.

Мише сразу стало легче, спокойнее и даже физически лучше.

Из детской комнаты доносилась музыка и разные другие звуки. Девочки смотрели мультфильмы. Аня так и продолжала что-то делать на кухне. Миша немного помаялся и пошёл в Ане. Он на расстоянии чувствовал то напряжение, которое исходило от неё. Он чувствовал, что та холодность, немногословие и пристальный взгляд чем-то вызваны. Он чувствовал свою жену и не мог переносить этого напряжения.