Эдуард Лимонов - 316, пункт «B»

— Вынуть их всех, или вы посетите их в камерах?

— Всех сюда. — Дженкинс сел на стул, пододвинутый ему Кэмпбэллом.

Они находились в обширном коридоре, куда выходило несколько дверей. Тюрьма Департмента Демографии была небольшой, обыкновенно здесь держали лишь недолгое время, необходимое для первичного дознания. В коридоре у стены стояли стол и два стула. Для охранников.

Из одной камеры вышла семья О'Руркэ: отец, сын и Синтия, из другой — Кристофэр, Розен и карлик…

Дженкинс с интересом поглядел на маленького человека, но вопроса не задал. Увидев Розена, встал. Прошел к нему несколько шагов и протянул руку.

— Приношу все мои извинения, доктор, за задержку в вашем освобождении. Однако лейтенант действовал по уставу, ведь только я знаю вас в лицо. Кто угодно мог выдать себя за вас. — И обернулся к Тэйлору: — Лейтенант, доктора мы вызовем, если будут необходимы его показания. А сейчас я хотел бы, чтобы он отдохнул в более приемлемых условиях. Перед тем как совершить перелет в Лос-Аламос.

— Йес, сэр! — отчеканил Тэйлор и поручил Розена сержанту Чарли Рогану. Розен обернулся к Дженкинсу. Последний, улыбаясь, ждал.

— Я благодарю вас, сэр, за операцию по моему освобождению. Я понимаю, что совершил грубейшее нарушение правил безопасности, и все, что со мной произошло, будет мне серьезным уроком. Обещаю, сэр, что этого не повторится. Что касается моих исследований, то к концу лета все будет закончено.

— Желаю удачи. — Дженкинс пожал еще раз руку ученого.

— А вам, лейтенант, я желаю больших неприятностей, — прошипел доктор, проходя мимо Тэйлора.

Тэйлор смолчал.

— Так вот вы какой, знаменитый Дункан О'Руркэ… — Дженкинс остановился против гангстера и заложил руки за спину. — Как себя чувствуете? Не ранены?

— Нет. Сын ранен, но ваши армейцы оказали ему сносную помощь.

— А вы, конечно, ожидали средневековых пыток, да? Мы гуманны.

— Очень гуманны, — вмешался Виктор, — уложили двоих ребят.

— Только потому, что они оказали вооруженное сопротивление, — ответил за Дженкинса Тэйлор.

— Вооруженное сопротивление… — задумчиво повторил Дженкинс. — И не только. Вы обвиняетесь в подготовке, организации и осуществлении убийства Президента Соединенных Штатов Америки Тома Бакли…

— Ага, а еще в чем? — неожиданно засмеялся Кристофэр. — Почему не в попытке организации космического мятежа или захвата вооруженным путем наших колоний на Марсе, а? Ты хочешь пришить нам преступление, которого мы не совершали… Нам совсем никак не мешал Том Бакли Джуниор… У нас другой бизнес, не пересекающийся с его бизнесом…

Дженкинс поглядел на черного человека крайне ласковым взглядом.

— Мы сделаем так, что именно ты и признаешься первым.

— Старый маньяк! — С отвращением черный плюнул вдруг в Дженкинса, и плевок, не долетев, приземлился в футе от черной туфли Дженкинса. Последний внимательно почему-то вгляделся в плевок.

— Вам придется попотеть, чтобы доказать, что ваш бизнес, как вы говорите, не пересекался с бизнесом Президента.

— Неужели нас ожидает суд? — насмешливо спросил Дункан. — Я был уверен, что дальше этого подземелья мы не проследуем.

— Как и всякого гражданина Соединенных Штатов, вас ожидает, всех без исключения, справедливый суд по форме, выработанной американским правосудием. У вас у каждого будет адвокат, и жюри присяжных заседателей, состоящее из американских граждан, решит вашу судьбу. Такова наша традиция.

— Ясно. — Дункан О'Руркэ устало улыбнулся. — Вы решили устроить назидательную трагикомедию для жителей Соединенных Штатов.

— Мы решили, что убийство Президента достаточно трагический и серьезный случай для того, чтобы вспомнить о наших традициях справедливости и права каждого гражданина на скорое и справедливое рассмотрение его дела. Судебные заседания будут транслироваться по телевидению.

— Уверен, что вы уже нашли и актеров на роли судей, адвокатов и заседателей. Думаю, вы нашли их еще до убийства Президента, ебаные политики!

Виктор сделал шаг по направлению к Дженкинсу, но один из «бульдогов» оттолкнул его.

— Вы, молодой грубиян, как я догадываюсь, — Виктор О'Руркэ. А кто вы, молодая леди? — Дженкинс приблизился к Синтии.

— Я тебе не леди, старый Дьявол. — Синтия готова была, судя по ее виду, вцепиться в Дженкинса или ударить его, поэтому «бульдоги» схватили ее за руки. — Мы не убивали твоего вонючего друга Бакли. Ты сам его убил! — крикнула Синтия.