Елена Сазанович - «Я слушаю, Лина…»

– И засудим его? – не выдержав, зло выкрикнула я.

– Да нет же! Нет, черт побери! – Даник ударил кулаком по столу. И наши рюмки покачнулись. – Я действительно хочу докопаться до истины. А ты… Ты же, я знаю, не раз была на высоте. Не раз доказывала свою честность, справедливость, принципиальность!

– Сколько комплиментов. Сразу, в один вечер…

– Мне не до шуток, Лина, – Даник упрямо поджал губы.

А я подумала, что когда он шутит – выглядит гораздо привлекательней. Но вслух ничего не сказала.

– Я тебе предлагаю дело, Лина. Мы осудим его. Но мы же его и оправдаем!

– Не проще бы оставить его в покое?

– Ага! Я знал! Значит, ты действительно не веришь в его смерть…

– Во что мне верить – это мое право. Я знаю одно. Дело закрыто. И не стоит ворошить мертвое дело.

– Лина. Какое, к черту мертвое. Если нет мертвеца! Его не существует!

– А тебе нужен мертвец, Даник! Вот твоя правда, с которой ты так носишься! Тебе нужна жертва! Ну что ж. Я даже готова предположить другое. Один малюсенький процентик, что этот парень жив. И что, Даник? Что же дальше? Ты вспомнил ту женщину, которую мы сумели защитить. И которая оказалась невинной. Но какое отношение она имеет к сегодняшней истории? Ты путаешь понятия, Даник. Ты забываешь. Тогда речь шла об обычном убийстве. Здесь же дело о убийстве не просто уличной девчонки. А дочери прокурора! Это разные вещи, Даник.

Поэтому мы и сумели оправдать ту женщину. Теперь ты не в силах будешь что либо исправить. И никто не встанет на твою сторону. Абсолютно никто! Есть жертва. И есть убийство. Детали в этом деле не имеют значения. Будет суд. И ты прекрасно знаешь. Чем этот суд закончится для парня.

– Я только знаю, что этот парень в любом случае не имеет право скрываться.

– Даник. Милый мой Даник. Для тебя он никто! Просто один из очередных последственных. Он для тебя пустое место! Поэтому тебе так легко играть в эти игры с совестью. А ты не хочешь подумать о нем, как о человеке? Просто о человеке? Откуда ты его знаешь, Даник? Скажи, откуда?

А вдруг он замечательный парень. Вдруг он любит книги, музыку. Вдруг он мог бы стать композитором? Вдруг он смог бы осчастливить людей? Ты же полностью исключаешь это! Ты его хочешь загнать в тюрьму. И там он уж точно никем не станет. И не мне тебе объяснять, что такое тюрьма. И кем он оттуда выйдет. Если конечно выйдет. Он станет законченным преступником, Даник. И уж точно не нужным для общества. И это будет на нашей совести. Я же считаю, что парню необходим шанс. Если допустить, что он жив.

– Лина, ты не собираешься менять профессию? Ты прекрасно заниматься перевоспитанием трудных подростков.

– Меня вполне устраивает моя профессия, Даник. Впрочем, об этом мы уже говорили.

– Однако ты в своем психологическом анализе допустила промах. Несколько немаловажных деталей. Если этот парень прячется. Если он боится признаться. Хотя фактически и не виновен. Если он спокойно может спать по ночам. Зная что совершил преступления. Если он вообще собирается и дальше жить с этим. Вот тогда он уже и есть конченный человек.

И он никогда не сочинит музыку. И никогда не осчастливит человечество. Уж мне-то поверь. Люди без совести не способны на это. Более того, он теперь будет знать. Что многие подлые вещи остаются безнаказанными. И поэтому онможет совершить еще одну подлость. И сделает это уже легко. Ты сама толкаешь, Лина, его на это. Ты сама же топишь его. Пойми. Человек у которого есть совесть, не станет прятаться. Даже зная, что ему грозит. Он выберет правду. Чтобы найти силы жить дальше. И в тюрьме. За решеткой. Он имеет больше шансов на спасение своей души. Даже если получит на полную катушку. Во всяком случае он задумается о себе. О своем месте в жизни… И, может быть, тогда он сможет сочинять музыку…

– Или окончательно озлобится на людей. И окончательно их возненавидит. И окончательно разуверится в справедливости мира. Впрочем, Даник. Мы делим шкуру неубитого медведя. Хотя эта пословица не очень кстати в нашем случае. Мы уже делим душу убитого человека. У которого была совесть. Из-за своей совести он и покончил собой.

– Это твое последнее слово? – Даник тяжело поднялся. И направился к выходу. – Это твое последнее слово?

И на моем лице он прочитал: «Да.»

Но мне все еще хотелось разрядить обстановку. Мне все еще не хотелось терять единственного товарища. И я как можно веселее сказала:

– А как твои девочки, Даник?

Он усмехнулся.

– Прекрасно. Они действительно глупы как пробки. Но это не страшно. Главное – они не способны на предательство. Я в последнее время понял, что на предательство, как правило, способны расчетливые и слишком умные люди. Поэтому я предпочитаю общаться с людьми попроще.