Николай Шипилов - Псаломщик

Шалоумов: — Вы мало отличаетесь от тех самоуверенных персон, которые уверенно декларируют, а народ, уверенно деградируя, слушает. Насколько реальны ваши политические прогнозы, если по-пионерски честно?

Я-Медынцев: — По-пионерски честно – это вполне возможный вариант развития событий, и о нем надо думать уже сейчас. Русские люди всегда были свободными людьми, а не рабами. А выход из рабства один – большая и азартная народная игра! Да, нас в нее втянули. Да, полтора десятилетия мы имеем дело с «наперсточниками» от власти. Но мы уходим из-под ее контроля в область социального юродства. Занятие, я вам скажу, очень и очень продуктивное. Более того, оно веселое! Только мы, коллективно юродствующие, видим в мировой «пустоте» некую духовную цель всеобщей жизни.

Шалоумов: — Ой-ёй-ёй! Круто! То есть вы предлагаете всем прикинуться дурнями и дурашками?! В том числе и властям предержащим?!

Я-Медынцев: — Православный человек избегает называть дураком кого бы то ни было. Я – человек верующий, я верю, что есть земная юдоль, а есть небесная, есть Небесный Судия, Он справедлив и неподкупен. Юродивый и дурак – понятия далеко не родственные, господин Недоумов… простите, Шалопаев… простите, Шало… путин, да?

Шалоумов: — Шалоумов, господин Бездымцев… простите, Бездомцев? Простите, Безумцев!

Я-Медынцев: – Я – Медынцев. Вот видите? Мы с вами оба мгновенно прикинулись дураками. Юродивым тоже можно прикинуться, как большинство русского населения! Это вид саботажа, это акт массового гражданского неповиновения! Это весело, в конце-то концов! Прикинулись же некоторые коммунисты либеральными демократами – прошло! Так сыграем с ними в подкидного дурака: кто кого? А для начала пусть ответят народу на один-единственный вопрос: кому должны все до одного государства мира? А мы уж с этим кредитором поговорим.

Шалоумов: — Хорошо, адресуем этот вопрос всем, кто слушает нашу программу. Надеюсь, что мы немного развлекли наших радиослушателей. Итак, просмотрев программные документы Лиги, я понял, что с финансами в Лиге всё в ажуре. Ваша общая казна, так называемый «общак», – два миллиарда долларов. Еще я понял, что в перспективе вы отмените внутри Лига хождение государственных денег и перейдете на внутрисистемные деньги. Помните ли вы, что случилось в Камбодже, когда полпотовцы решили отменить деньги, отменить товарно-денежные отношения?

Я-Медынцев: – Камбодже – камбоджино. Как живут они – лях или турок, сакс или гот, негроид или японец – мне плевать на них с простреленного дирижабля времен Антанты! Мы – всего-навсего общественное движение и к властям предержащим не имеем никакого отношения. Не в нашей власти отмена денег или их реформа. Но садится же рубль на одном гектаре с долларом! Им не тесно. Найдется место и для наших денежных знаков. Давным-давно Сильвио Гезель сформулировал идею «естественного экономического порядка». Этот порядок обеспечивал такое обращение денег, при котором они становятся государственной услугой. За пользование этой услугой люди отчисляют государству плату. И никаких процентов тем, у кого больше денег, чем им нужно! Иначе говоря, для того чтобы вернуть деньги в оборот, люди должны были бы платить небольшую сумму за изъятие денег из циркуляции. Эта плата идет на пользу не отдельным индивидуумам, а всем членам общества. Для того чтобы сделать эту мысль более понятной, можно сравнить деньги с железнодорожным вагоном, который, как и деньги, всего лишь облегчает товарообмен.

Шалоумов: — Какое-то виртуальное государство получается!

Я-Медынцев: — Получается, вы считаете?

Шалоумов: – Я имел в виду труды Торо. Он говорил: «Если человек свободен в своих мыслях, привязанностях и воображении, и то, чего нет, никогда надолго не предстает ему как то, что есть, ему не страшны неразумные правители и реформаторы. Правительство имеет лишь те права на меня, какие я за ним признаю».

Я-Медынцев: – Вы с Торо близки к истине. Еще в советские годы я изобрел для себя такую идеологию: я – суверенное государство из одного человека. Прочему бы нам это государство не расширить? Объявляю свободный вход. Нам, нищим, чтобы взять власть, не требуется осуществлять классический кризис-менеджмент. Он создан богачами. А в понимании кризис-менеджера, которым в данном случае являюсь я, кризисом нужно только умело управлять.

Шалоумов: — То есть как описано у Марио Пьюзо: крестный отец выручал людей из неприятностей, созданных его же действиями?