Эдуард Тополь - Новая Россия в постели

И вот я сижу дома, вся зареванная и в соплях. И тут ко мне приезжает Людка со своим новым мальчиком. Год назад она вышла замуж, но не по любви, а по расчету. Она ревела тогда целую ночь, он был некрасивый, рыжий, страшный, но богатый — из новых русских. И ей казалось, что он ее безумно любит. А на самом деле он ее не любил, а тоже по расчету на ней женился. Потому что она умная, красивая, аспирантка и без пяти минут кандидат философских наук. Это тешило его плебейское самолюбие. Они развелись через полгода, сразу после ее аборта. И тут в нее влюбляется какой-то мальчик-милиционер, ему 18 лет, а ей уже 22. И начинает за ней ходить, ходить, ходить. А она не была счастлива с мужчинами, у нее было всего двое мужчин за всю жизнь. Первым был мой любовник, которого я попросила с ней переспать, потому что у нее уже был комплекс старой девы. А вторым был ее неудачный муж. И все. И она решила: раз так, то ей вообще не нужны мужчины! Но тут появляется этот мальчик, она была его первой женщиной, он за ней ходит, как привязанный. А у нее характер безумно властный. Мне, например, нужен мужчина, который умнее меня, на которого я могу положиться. А ей нужен мужчина-послушник. Но она деловая женщина, и она вдруг поняла, что любой Мужчина в принципе полигамен и что ее юному милиционеру не обойтись ею одной, рано или поздно он должен в кого-то влюбиться. Тем более что она, хотя и играла всегда роль безумно сексуальной женщины, на самом деле не очень ловка, многого не умеет, очень быстро кончает и повторно не заводится, ей одного раза вполне хватает. И вот она сообразила, что теряет его, этого юношу. Поскольку тот вдруг порозовел, расцвел и как раз в мужской возраст входит. Правда, на мой взгляд, он достаточно глуп и неинтересен. Высокий, как жердь, и прыщавый какой-то. Акселерат. Но для нее — просто находка, и она решила с ним сманипулировать. Она ему внушила, что да, он может ей изменить, но под ее контролем и по возможности при ней. И она нашла для него такой объект, то бишь меня. И что она делает? Витюша видит на улице красивую девушку, а она ему говорит: да, эта ничего, но наша Алена лучше. То есть это была такая психологическая обработка. Я говорю: «Людка, ты не глупи! Я, конечно, могу заниматься любовью втроем, но не с твоим Витюшей, в нем нет ничего, за что я могу хоть на ночь зацепиться».

И так это тянулось, но тут она узнает, что Мартин улетел. И они приезжают ко мне с шампанским, она говорит: я хочу, чтобы ты мне помогла сейчас или никогда! Я бы, честно говоря, не согласилась ни за какие коврижки. Но тогда спать одной в квартире было для меня хуже, чем спать втроем. К тому же Людка — подруга детства, она из-за меня еще в пятилетнем возрасте пострадала. Я пью очень мало, но они настаивают, мы втроем выпиваем бутылку шампанского, и я говорю: ладно, только ты его отмой сначала. И они стали готовиться. А мне вдруг все стало по фигу, как будет — так будет! Я захожу в ванную, а она его там моет — он такой длинный и безумно худой, даже в ванну не уместился, сидя моется. А она в каком-то драном джемпере и в колготах стоит над ним, мочалкой трет и душем поливает. И такая деталь: Мартин улетел со своей электрической бритвой, а у меня джиллеттовская бритва, женская, для бритья моих интимных сокровищ. А он этой штукой бреет себе щеки. Мне чуть дурно не стало, я поняла, что совершаю безумие. Но коль назвался горшком, полезай в печь! Я пошла и легла в кровать, у меня была не то что истерика, но истерзанное состояние души. Ну вот, блин, быстрей бы уже все началось и кончилось. Приходит Людка, говорит: «Витюша пошел в магазин за шампанским». Я слегка успокоилась, мы поболтали. Я на Мартина, что он, такой-сякой, уехал, меня оставил. Забыла про всю ситуацию и отвлеклась. Тут является Витюша с шампанским. Я себя оглушаю, выпила два бокала, мне уже хорошо. И вот начался половой акт как таковой. Причем у меня очень хорошая постельная фантазия, поскольку мой муж был проповедником идей «Эммануэль»: когда нужно заниматься любовью, то нужно заниматься любовью на все сто! Я вообще считаю, что наше поколение в этом деле отпахало и за наших отцов, и за дедов. И я им сказала, что мне все можно, ведь утром мы с Мартином тоже занимались любовью, а после того как он уехал, мне уже стало без разницы, что происходит. К тому же я увидела, какая Людка на самом деле в постели. Никакая. И мы с ее Витюшей занялись любовью вдвоем — всю ночь напролет.

Потому что после Мартина меня невозможно утомить, тем паче такому теленку, как этот Витюша.