О`Санчес - Суть острова

— Угу, спасибо, сам посмотрю. Как малыш?

— Растет. Кусаться очень любит и смеяться. Он…

— Извини… Алё?.. Во сколько? Да. Подходит, говорю. Как обычно, внизу, в зеленом зале… Алё! Только закажите наш столик заранее, без суеты, я человек привычек, вы же знаете. Естественно, шампанское на обмыв с меня. Ну и что? Они люди вполне европейские насчет пожрать и выпить; в крайнем случае, велите покрасить бутылку в зеленый цвет. Пока.

— Чувствуешь, София, похоже эти зверьки из Ливии дозрели: «ихние» брокеры на заключительный ланч зовут. Ну, ты слышала. Подготовь мне…

— Уже бегу, мчусь, у меня почти все готово, только проверить и распечатать…

— Погоди, что именно ты собираешься проверять?

— Текст, от начала и до конца, на предмет опечаток и орфографических ошибок.

— Так ведь ты же его составляла, а, стало быть, и проверяла.

— Все равно, я обязана, так нас учили. Да что вы мне голову морочите, я же это вам сто раз рассказывала.

— Ну, не сто, поменьше… Тогда зачем ты подчеркнула, озвучила передо мною, что будешь еще раз проверять? Дабы я в девяностый раз впечатлился твоим неизбывным служебным рвением и твоею ошеломляющей добросовестностью? А, Софушка хитротылая? Что молчишь? Иди, нотация закончена…

Еще через минуту Сигорд водрузил очки на нос и сам пробежал глазами все три странички документа. София покорным сусликом замерла за плечом. Господин Сигорд и не кричит никогда, не вспыхивает, но может быть очень резким, язвительным и колючим. А уж если кого занес в черный список — никогда больше с этим человеком дел не имеет, злопамятен. Эриду попросился однажды на прежнее место работы, сам Яблонски за него ходатайствовал — нет, чугунная стена, даже и объяснять ничего не стал: нет и все! Но сегодня он, похоже, в настроении.

— Вот это вот слово… Джа-ма-херия… Оно обязательно здесь?

— Это же их официальное название, они так требуют.

— Да?.. Господи, сколько чудиков в мире, каждый в свой нос убивается, лишь бы выпендриться… Джамахерия… Но сделка обещает быть интересной… Свари еще чашечку, пожалуйста, только послабже сделай, примерно вдвое. И поскорее — вот-вот начинаем.

— Господин генерал-полковник! Согласно вашему…

— Не ори на весь дом, сделай милость. Привет, Эдгар, привет, дорогой. — Сабборг встретил его стоя, хотя и не поспешил навстречу с объятиями. — «Господин генерал-полковник» — слишком официально и длинно, «дядя Арвид» — тоже как-то глупо звучит… Вот что, Эдгар, зови меня шеф! С одной стороны так меня называют мои подручные, все эти заместители и начальники важнейших отделов, а с другой… Ну, короче, и в меру развязно и вполне уважительно. Ты как?

— Я — за.

Еще бы он не был за, когда предлагает глава Конторы, могущественного министерства внутренних дел! Впрочем, никто из них двоих и не удивился согласию.

— Отлично. — Короткий дружелюбный тычок жирным кулаком в плечо, взгляд в упор и сверху вниз. Опытный сукин сын, царедворец и допросчик. Хотя бы сесть предложил. — Как жена, как дети, как настроение?

— Все отлично… шеф… — Шредер все же ощутил неловкость от непривычного обращения и засмеялся, покраснев. Хохотнул и Сабборг, коротко, но с пониманием. Странное дело: за последние годы он почти не постарел, разве что несколько раздался вширь, хотя куда еще, казалось бы… Шредер, во время иневийской ссылки, не раз бывал в Бабилоне по служебным и личным делам, Сабборг неоднократно наведывался на подведомственные территории в Иневии, они бы могли встретиться при желании, но все как-то так не складывалось, орбиты были разные — и по направлению, и по высоте, и вообще…

— Угу, ты слегка заматерел, Эдгар. Тебе идет. Что там у тебя под мышкой — бомба?

— Нет, ящик виски. Вам в подарок. Искренне, от всего сердца.

— Мои подсказали? Мик, небось, научил?

— Никак нет! — соврал Шредер. — Обратите внимание на этикетки и лэйбл: от самой Иневии вез, а туда непосредственно из Шотландии доставили, через Канаду, правда, чуть ли ни контрабандным путем. Специально для вас охотился именно за этим сортом. — Шредер действительно раздобыл ящик превосходнейшего виски, будучи еще в Иневии, за большие, но в общем-то умеренные для такого виски деньги, однако планировал употребить его для собственных нужд… Михаэль дал ему совет, и Шредер мгновенно решил последовать ему, даже сделал для этого крюк домой по пути в Контору. Шредер любил соображать быстро и действовать точно — в данном случае на вранье никто его не прихватит. — Я всегда помнил, ни на минуту не забывал — кто меня поддержал в трудную минуту.