Китлинский - Клан – моё государство.

– Товарищ генерал-полковник, по прочесыванию на этот момент задержано сорок шесть человек, остальных преследуем. Мешает метель. Слабая видимость.

– Кто такие?- у генерал-полковника поднялась бровь. Такого количества он не предполагал.

– Бойцы невидимого фронта, товарищ генерал-полковник,- подполковник опустил руку, перестав козырять.- Бомжи. Жили грабежом на железнодорожном перегоне. Запасы имеют. Не бедствуют. Граждане Отдельной Свободной Республики.

– Допрашиваете?

– Так точно. Все, как один, молчат. Жизнь, говорят, дороже. Уже выявили нескольких по всесоюзному розыску. Им по существующим законам два года тюрьмы будет. Факт наличия ворованного на их базах невозможно пришить. Это со слов следователя из прокуратуры.

– Обосновались, говоришь, хорошо?

– Так точно. Имеют посты. В двадцати километрах от дороги,- подполковник достал и открыл карту,- небольшие, в два-три домика, заимки. В сорока километрах от дороги – базы хранения, транспорт, включая вездеходы (несколько человек на них и ушли), дизель-электростанции. Одним словом, окопались основательно и надолго,- подвел итог подполковник.

– Среди задержанных "наших" нет?

– Из московского поезда – нет, а тех, кто встречал, сложно выявить. Они без данных.

– Нашли еще что-нибудь?

– В пятнадцати километрах от их поселка нашли снегоход брошенный. Случайно наехали – снегом примело. Видно, вышел из строя. Дело осложнилось метелью. Следы замело за ночь, и у этой воровской братии, как назло, тоже снегоходы, много, сейчас рассыпались во всех направлениях,- подполковник выматерился, не стесняясь высокого начальства.- Тридцать с лишним штук.

– Сопротивление оказывали?

– Да, товарищ генерал-полковник. Есть раненые с нашей стороны, убитых нет. Они тут вооружены – дай бог каждому. Автоматы почти у всех, карабины СКС, лимонки, гранаты, специальные средства. Одним словом – армия.

Подъехала машина с оперативно-штабным фургоном, и все полезли в него. Раздевшись и расположившись, генерал-полковник спросил, обращаясь к генерал-лейтенанту:

– Что молчишь, разведка?

– Есть упущения, Сергей Сергеевич, все предусмотреть невозможно,- ответил тот.

– Они, вон, все в расчет взяли: и бомжей, и вертолеты, и вагон рванули, будь здоров.

– Так они этот сектор готовили, и времени, небось, имели много. Мои всю страну покрыть не в силах. Была у нас информация про бомжей, от границы до дороги, каждый год проверяем по мере сил. Но такое пространство осилить – это увольте,- генерал-лейтенант развел руками.

– Ладно, Ефимович, не оправдывайся. Теперь это до лампочки. Что космос дает?- генерал-полковник показал молодому полковнику, чтобы сел.

– Последние данные такие: два сигнала в поезде приехали во Владивосток, лежали на столике в купе. Один сняли с ветки у полотна. Еще один сейчас разыскивают. Пищит, но без движения. Тоже, видимо, сняли. Три новых, секретных, давали стойкий сигнал, но в пять часов по местному, то есть в семнадцать, спутник перестал работать, там специалисты разбираются. Будет информация – доложу. Поисковый самолет радиоразведки где-то на подходе. Пока все,- полковник захлопнул блокнот, из которого читал.

– А на спутник они могли пролезть?- спросил генерал-полковник.

– Сейчас ничего конкретно сказать не могу. Это новый, мобильный, со специальной защитой. Год на орбите. Проникновение исключено. Вообще. Возможно, только посредством утечки информации о нем и его кодировке. На его блокирование, при наличии техинтеллекта, надо десять лет набора,- дал ответ полковник.

– Не удивлюсь, если они и там побывали,- генерал-лейтенант ткнул пальцем в небо.

– На что намекаешь?- насупился генерал-полковник.

– Ни на что. На контрразведку,- кивнул тот в сторону совсем седого генерал-майора.

– На нас свалить провал проще всего. Утечка по спутнику могла быть. Не в пустыне его делали, и не роботы – живые люди собирали и программировали. А каждому в задницу не заглянешь. И потом, она пока не установлена. Будет пища. Будет день,- произнес генерал-контрразведчик и смолк.

– И то верно, Павлович. Просто кое-кому руки умыть хочется,- Сергей Сергеевич посмотрел на генерал-лейтенанта.

– Ответственности я с тебя не снимаю. Есть пробелы. Нет у меня специалистов по этим вопросам. Ни одного. Профиль размыт и в то же время конкретен: и уголовка не уголовка и разведка не разведка, но терроризм налицо. Мне с таким контингентом работать не приходилось, и люди мои тоже столкнулись лишь три месяца назад. Вон Комитет сколько лет вокруг рылся и выкусил, а мы – без году неделя, как за это взялись, – генерал-лейтенант посмотрел на окружающих.- Ну, кто из вас мог предположить такую ситуацию? Кто?