Китлинский - Клан – моё государство 3.

– Так он выборы президентские назначил тоже. На следующий год.

– Глупый ты! Будет он после победы, а тут он выиграл, не сомневайся, переносить выборы? Не круглый же идиот!

– А взятое слово?- Вильям подошёл к столу и взял бутерброд.

– Бумага всё стерпит. Слово, им произнесенное равносильно блеянию козла. "Гайдара я им не отдам!",- процитировал Сашка голосом Ельцина.- И где, ответь мне, Гайдар?

– Он его вернул в кабинет в роли первого вице-премьера.

– Игра!! Ты видел морду этого молокососа, когда он ночью звал людей к Моссовету? Стыд и позор. А ведь пришло не больше тысячи. И что бы они делали, если бы один из танков выстрелил по ним? Усвой одну истину. В нашей стране играет тот, кто не лезет на экраны телевизора. Ему незачем показывать народу своё лицо. За Гайдаром никого нет, и никогда не будет. Это мелкая марионетка, которую выбросят на политическую помойку через пару месяцев, как паршивую овцу. Сейчас там обоснуются генералы от производства и им экономисты-декламисты и прожектеры не нужны. Они сами умеют считать.

– Это ты про Черномырдина?

– Не только. Черномырдин – газовый король в прошлом и настоящем, только выдвинув его на пост премьера, Ельцин ошибся. Маху дал.

– Почему?- Вильям опять отошёл к окну.

– Гражданский генерал России поднять не сможет. Не дано. Отсутствуют у него в руках рычаги. Он умеет рвать глотку как любой чин его ранга. Его не станут слушать. Орать как он и вес такой как у него в этой стране имеют тысячи три человек. Иди их переори?! Не сможешь, даже если тебя громогласным басом снабдить и оказать полную поддержку президента. Промышленный генералитет на окрики не реагирует, они все его претензии пропустят мимо ушей, молча разойдутся и станут делать всё по-своему. И уговорить он их не сможет, потому что всех уговорить – средств не хватит.

– А выход есть какой-то?

– Есть. Надо взять сотню самых больших чинов из промышленности и экономики, провести следствие и расстрелять, как в тридцатых. Этим только можно напугать до полусмерти остальных и заставить их выполнять неукоснительно всё, что будет написано в указах и постановлениях.

– Опять фабрикация дел?!

– На нынешних ничего фабриковать не надо. Они сами на себя всё необходимое натянули, и на высшую меру хватит вполне.

– Ельцин на это не пойдёт.

– Тогда у него ничего не получится и улучшения не будет, наоборот, всё покатится вниз и неминуемо приведёт к кровопролитию. Кстати, Черномырдина на пост премьера назначал съезд голосованием по предложению Ельцина. Тот самый съезд, который сегодня разгоняют. Чтобы сделал премьер на Западе в таком случае?

– Подал бы в отставку всем кабинетом, как юридически неполномочный. У вас всё без логики и точного соблюдения законов, которые вы пишите прямо на ходу. Я диву даюсь.

– И это в крови. В генах. Не привыкли у нас останавливаться и если необходимо идти назад. Только вперёд. Пусть с боем, пусть с кровью, пусть с потерями жуткими, но вперёд. Рузвельту хватило мужества в годы великой депрессии ввести жесткое ценообразование, а это не что иное, как государственное планирование. Ну, а наши суки взяли и разрушили, мол, оно ни к чему. Нет чтобы на планирование опереться, медленно отводя в рынок и свободные цены мелкие нерентабельные производства, потом средние. Нет! Они сразу на крупные замахнулись, а их трогать нельзя было ни в коем случае, ну лет двадцать как минимум. Вот это давай, давай к таким разборкам и приводит.

– Александр! Я всё тебя хотел спросить. Давно, ещё после нашей первой встречи, тактично не выходило. Теперь я по-русски в лоб могу, научился. Зачем ты Пирса поднял? Только честно.

– Я же тебе говорил.

– Не про то я. Мне понятно, что без него ты построил бы финансовую империю, задатки у тебя есть и к этой сфере, но ты его всё-таки подобрал.

– Вон ты о чём!? А ты знаешь, что главное в финансах?

– Как и везде – информация,- ответил Вильям.

– Точная информация в финансах яйца выеденного не стоит, если тебя не научили ею пользоваться правильно. Правильно – опыт, интуиция, знания. Вот почему одному суждено стать хорошим банкиром, а другому нет?

– Удача!

– Эта гавенная девка в банковском деле не получила прописки и никогда не получит. Фарт тоже там отсутствует.

– Тогда не знаю,- признался Вильям.

– Две составляющие. Жадность и трудолюбие. Есть они в тебе – станешь хорошим банкиром, нет – вылетишь в трубу. Лишнюю минуту позволил себе понежиться в кровати и всё. Тебя уже обокрали. Финансы – мир акул и пираний. Сожрут и отфильтруют из воды молекулы твоей крови. В Пирсе есть уникальное трудолюбие, он сутками может не спать и не есть. Жадность в нём нашла свою благодатную почву, хоть я это так не называю, мне больше подходит слово скупость. Мои люди воют как волки при упоминании его имени, так он всем им стоит поперёк глотки со своими прижимами, но уважают его беспрекословно и за него свои жизни отдадут не задумываясь. Понимают, что мало уметь заработать, надо уметь приумножить и сохранить. Откровенно тебе скажу. Мне был необходим именно он. Этот падший человек. Я бы его вытащил, не будь он банкиром от природы и воспитания. Я его наблюдал долго. Вильям, ты бы видел, как самозабвенно он пиликал на скрипке? Самозабвение – стопроцентное трудолюбие. Он трудоголик до мозга костей. Такой же и я, и мои люди все подбирались и воспитывались в этом. Мы плохо не умеем делать.