Китлинский - Клан – моё государство 3.

– Плохо у вас честному человеку.

– А где ему хорошо?! В Лондоне, что ль? Поехали в город,- предложил Сашка.- Осмотрим его, потом поедем ужинать к одному новоссыльному.

– Разве такие есть? Горбачёв всех вроде освободил!- удивился Вильям.

– Он служитель культа. Архимандрит. Его свои третируют за то, что он их всех посылает в одно место за алчность, не соблюдает постов, но сан с него снять не могут, а он сам уходить не желает.

– Такое возможно?

– У нас, дружище, всё возможно. Это ведь Россия. На его проповеди народ валом прёт, хоть он в речах своих господа ни единым словом не поминает, так умеет обойти словесно, что я диву даюсь,- они вышли на площадь и Сашка сразу остановил проходящее мимо такси.- Земляк! Давай по городу покатаемся. Семь лет не был в столице. Не спеша,- водитель кивнул, и они сели в машину.

– Что-то вы на ЗК не похожи,- сказал водитель, тронувшись.

– Мы с островов. Семь лет на станции сидели добровольно. На Генриетте. И скажу тебе откровенно, лучше бы мы не возвращались,- ответил Сашка.

– Вот это верно подмечено. Я бы сам сбёг куда подалее, чтоб дерьма не видеть, но кто, скажи, семью кормить будет?- он вздохнул тяжело.- У меня, всевышний сподобил, шестеро и все девки. Хоть вешайся, а крест неси. Сейчас одну одеть – взопреешь, а шестерых?- он вырулил на трассу, ведущую в город.- Как ехать? Что желаете осмотреть?

– Сначала на речной порт, потом видно будет,- Сашка положил пачку пятидесятирублёвок возле рычага переключения передач.

– Это много будет,- сказал шофёр.

– Ничего. Нам они всё равно не впрок. Либо пропьем, либо бабам подарим. Вызов у нас на норвежские платформы. Поедем газ добывать для чужой страны. Когда у тебя смена заканчивается?

– В три. Есть предложения?

– Нам надо к десяти вечера к самолету. В шесть часов на ужин к отцу Иннокентию. Знаешь его?

– А кто, скажи мне, отца Иннокентия в Якутске не знает? Тогда так поступим. Я в три часа подхвачу напарника и пересядем на мою шестую. К шести я вас к отцу Иннокентию подкину, где он живёт в курсе, а полдесятого заберу и в аэропорт. Пока вы ужинаете, я покалымлю. Сговорено?

– Годится! По рукам!- согласился Сашка.

Весь день они мотались, осматривая город. Обедать направились в лучший ресторан города, где у Сашки тоже оказались знакомые, которые его появлению были весьма рады. Особенно стройная и симпатичная официантка, сходу повисшая у него на шее.

– Марья!! Не балуй!- обнимая её, сказал Сашка.- Ты всё хорошеешь. Годы над тобой не властны. Одно слово – царевна. Здравствуй, Федосия Игнатьевна,- поздоровался Сашка с женщиной якуткой маленького роста, коротко её обняв и расцеловав.- Организуй нам столик на троих.

– Кто ж тебе откажет, такому бугаю?! Девки мои так и пищат. Проходи, проходи, чёрт лесной. Покормим,- Федосья Игнатьевна подтолкнула Сашку к зеркалу.- Хоть причешись, а то, как с берлоги.

– Ему так больше идёт,- Марья не отходила, крутилась рядом.

– Егоза! Иди накрывай, ишь, распустила хвост,- наехала на Марью Игнатьевна.

– Уже бегу. Спросить даже нельзя. Сань! Ты надолго?- в глазах Марьи была тоска.

– Не соблазняй. Я знаю, что ты замужем. В грех играть не могу. Честно отвечаю – проездом. Вечером рейс. Мне сердце при виде тебя щемит, но поделать ничего не в силах. А ты не забыла меня, выходит?

– Нет,- коротко ответила Марья.- Каждый день тебя во снах вижу. Ну, где ты взялся на мою голову?- на её глазах навернулись слёзы. Сашка обнял её, не обращая внимание на окружающих.

– Не реви, а то уйду. Дурёха ты дурёха. Кто ж виноват-то? Да и не виню я тебя ни в чём. Жизнь есть жизнь. Какая дорога выпадет, той и иди. Нас не свела. Я не в обиде, но и ты не скули. Знаю, что ты готова была за мной на край земли, но я не могу тебя позвать. Не мог ни тогда, ни сейчас,- стал успокаивать её Сашка.

– Извини, Сань!- она отстранилась, вытянула из рукава платочек, вытерла слёзы.- Ей-богу нахлынуло. Как увидела тебя, вылезающего из такси, аж сердце остановилось,- она вымучено улыбнулась.- Женился?

– Эх, Марья, Марья!! Где ж я теперь такую как ты найду? Нет, пока. Думаю, что долго не протяну, годы подпирают,- Сашка обнял её за плечо, и они всей толпой двинулись в зал.

Уже в машине, после обеда и долгого прощания, когда ревели Марья и её подруги-коллеги по работе и даже Игнатьевна, всплакнувшая тайком и знавшая кто есть Сашка на самом деле, остальные были не в курсе, шофёр спросил:

– Любовь?!

– И ещё какая любовь!- вздохнув, ответил Сашка.- Не девка была в молодости – огонь!