Китлинский - Клан – моё государство 3.

– Моя работала в детском саду, воспитателем,- ответил ингуш.

– Моя на почте.

– Женщин устроить пока нет возможности. Дети у вас какого возраста?

– Мои все школьные,- произнёс чеченец и посмотрел на ингуша.- У Руслана старшей дочери двадцать. Так, да?

– Сыну восемнадцать. Техникум учился. По нефти, в Грозном.

– Дочка работала?

– В детском саду. Нянечкой.

– Сейчас у вас по хозяйству дел наберётся на всех с лихвой. Родители ваши тоже, так думаю, сидеть сложа руки не станут. В бригаде строительной плата невелика, она строит новый цех, старый сгорел зимой до тла. Вот вам деньги на первое время,- Сашка кладёт на стол пачки.- Зимы у нас страшно холодные. Расписок не беру. Тратить поручите женщинам. Надо к зиме всех одеть в теплое. На вас пусть не покупают. Вам на техскладе выдадут куртки, фуфайки, шапки, сапоги, валенки.

– Как мы тебе возвратим?- спросил чеченец, увидев большие деньги.- Я взять не могу, если не уверен, что отдам. Да и они совсем быстро обесцениваются.

– Это верно ты подметил,- согласно кивнул Сашка.- Вот есть у тебя дядя. В Гудермесе живёт. Аслан Тошиев. Так, да!? Ты у него был? Что он тебе сказал?

– Плохой человек. У нас так про родственника нельзя говорить. Аллах мне простит. Помогу тебе, сказал, но и ты мне помоги. Мне надо верные люди, чтоб рука не дрогнула, коль надо будет убить. Как ты знаешь о нём? Он же мой троюродный дядя. И что был у него,- чеченец смотрел недоверчиво.

– Не знал я, что ты к нему ездил. Так спросил. Знаю я все ваши роды. Большой он человек, а ты ему племянник и не мог не поехать. Ну, он не мой родственник, потому скажу то, что ты умолчал. Дерьмо он. Не человек – шакал. Продающий наркотики, не может быть человеком. Для меня убивать никого не надо,- Сашка улыбнулся.- Помогаю я вам неслучайно. В жизни случайности происходят редко. Я родился в посёлке, где девять из десяти были ссыльные. Осетины были, чеченцы были, ингуши были, узбеки были, татары были. Все были, дальше не перечисляю. Мне без разницы кто вы по национальности. Плохие тут не выживали. Посёлок маленький и все на виду. Трудяге сойдутся помочь все, каждый подставит плечо, но и вам придётся тоже так делать. Здесь живёт один многонациональный род. Потому вам помогаю. А деньги – бумажки,- Сашка отцепил от пояса флягу,- тут вода. Мне пора. Устраивайтесь. Приду поговорить осенью. Не с вами. С вашими стариками. Они мудрые. Так я думаю, коль в такую дорогу решили пуститься. Вот с ними про то и потолкую. Печь затопите. Дрова есть под навесом. Счастливо,- и Сашка вышел из дома вслед Вильяму.

По внутренней связи Скоблеву позвонили из дежурки.

– Давыдович! К тебе поднимается парнишка. Имеет код на проход к нам.

В дверь без стука вошёл хлопчик, одетый по какой-то неясной молодежной моде. Весь цветастый с оригинальной прической.

– Привет, дед!- бросил он с порога Скоблеву, как старому знакомому.- Наконец-то я добрался. Прости за вид, но твой внук так одевается. Там у вас на входе повисли деятели из безопасности, вот я под твоего внука прикинулся. Пол-Москвы облазил, пока такие шмотки отыскал. Бешеный дефицит, а цены!? Такие ни одному известному дому моделей не приснятся,- он плюхнулся на диван. Скоблев сидел охваченный немотой.- Да! Я тебе не представился. Зовут меня Левко. Послали к тебе на подмогу.

– Да-а-а!!!- произнёс Скоблев неожиданно для самого себя.

– Ты, видно, внука давно не лицезрел, коль мой вид тебя шокировал,- Левко пересел, подложив ногу под себя.- Это бывает. Я сам порядком удивился. В том году была иная мода. Но, как прежде осталось в ходу пиво и другие горячительные напитки. Я ни того, ни другого терпеть не могу.

– Выпорю!- одним словом определился Скоблев.

– Меня или внука?- спросил Левко улыбаясь.

– Сына. А тебя не могу. А что, пороли?

– Было. Лупцевал меня Александр ремнём. Как без этого. Но до семи лет. Дело это не хитрое, отстегать, но теперь эффекта не будет. Про сына не скажу, не знаком, а внук твой весьма эксцентричный малый. После первой же порки он сбежит из дома и вместо работы станем его искать. Хотя… Если решишься, то надо перед экзекуцией вдумчиво растолковать за что, и потом после порки ещё раз объяснить. Что-то я углубился в воспитательную тему,- Левко стал снимать с себя модные шмотки. Из сумки извлёк простые джинсы и рубашку в клетку.- Где мне умыть мордяку?

Скоблев показал ему молча на дверь, и пока Левко там пропадал, сидел со смешанным чувством. "Бог ты мой!- думал он.- И надо же было мне согласиться на его присылку? Совсем ребёнок. Молоко на губах ещё не обсохло, а туда же. Стрелок!? Как мне старику с ним общаться. Полвека у нас разница в годах. Ну, Александр! Ну, подсобил!" Размышления прервал вышедший из туалетной комнаты Левко. Он выглядел прилично, можно даже сказать достойно, от чего, ввиду столь явной перемены стилей у Скоблева отвисла челюсть.