Китлинский - Клан – моё государство 3.

– Сейчас они делиться не хотят?- Снегирь заерзал на лавке, понимая, что перебирает с количеством вопросов.

– Кто со слабым будет делиться? Они мировая власть. Где ты видел, чтобы часть власти кто-то передавал кому-то добровольно? Создание высокорентабельного производства и только это может выбить у них почву из-под ног. Времени уйдет много, но другого пути нет. Так что мы в шахте торчим не напрасно. Лучше теперь отбить себе пальцы, чем потом получить удар монтажкой по голове. Они же не сидят сложа руки, кумекают. Но мы их опережаем. Им надо собираться на совещания, а мы действуем индивидуально, но в одном направлении.

– Можно подумать, что у них нет надежной связи,- буркнул Проня.

– Связь у них отличная, но орган коллективный. Они же по интересу объединились, но время от времени спорят меж собой, интриги плетут. Нет у них там монолитного единства. А против врагов они все как стена. Лезть на отвесную стенку нет смысла, особенно, если в горах туман. Вот высчитаем их гадов и бацнем. Не ссы, поймаем.

– Тогда совсем не ясно, кто вас гнал в Союзе. Может и не ГРУ вовсе, а тот же магистрат?- подал голос Снегирь.

– А как это проверить? У магистрата тоже, как и у ГРУ, нет своих силовых структур. Они действуют через политиков и дипломатов. В Союзе мы были в нелегале. Они могли купить наше уничтожение тут и у ГРУ, и у КГБ. Но никто не смог достать нас. Хотел бы я посмотреть, кто нас тут способен сыскать?!! Проня, сколько сейчас людей в вашем клане?

– Всех?

– Да.

– Сотни три. В полном нелегале сорок.

– Вот иди сыщи сорок человек в такой тайге безбрежной. В мире нет методов такого поиска. А раньше было еще меньше. Пронь! А если всю братию под ружье поставить?- обратился Сашка, слегка улыбаясь.

– В России?

– Нет, на Марсе!?

– Хохмач,- Обозвал Проня Сашку.- Тысяч пять наберется в момент.

– Мои компаньоны – это еще тысяч пять. По новым делам у меня в России еще столько же. Каждый позовет своего друга, брата, кума. Это сто тысяч здоровых мордоворотов. Стволы есть, люди в наличии, полгода для сборов и обучения и армия готова к выполнению любых задач. В начале боевых действий к нам примкнут все нынешние и бывшие старатели, это полмиллиона рыл, шофера дальнобойщики со своими колесами, шахтеры не станут сидеть в стороне. Одним словом, все можно будет склепать в течении пары недель,- Сашка не выдержал и стал хохотать.

– Это он меня подначивает,- пояснил Проня Снегирю.- Когда я на пенсию вышел, предложил ему собрать военный переворот. Сука ты, Саня. Цифирь тогда была другой. Брехло ты,- Проня надулся.

– Да чего ты обиделся-то!- Сашка хлопнул Проню по спине.- Будешь по пустякам губу дуть, не дам сто грамм.

– Уже забыл,- произнес Проня.- Неси. Я тебя за язык не дёргал,- он расплылся в широкой улыбке и трахнул Сашку по спине со всей силы.- Но ты все равно, сука. Дождался пока я плотно поем. Ну, что мне теперь двести грамм водки. Мелочь. Ставь литрушку. Не жмись.

– Ладно,- вставая, сказал Сашка.- Литр ставлю, но, чур, на троих.

– Тогда полтора для ровного счёта,- намекнул Проня, хитро при этом сощурившись.

– Не выйдет,- Сашка вынес из каптерки литровую бутылку водки.- Есть только литрушки. И потом это водка не по сорок градусов, а по 65. Один заводчик по знакомству выпустил партию. Не наш, немец,- Сашка поставил бутылку на стол.- Какой, говорит, у тебя мороз, а я брякнул ему, что до шестидесяти. Он что-то считал и отвечает, что, мол, промороженная водка теряет в качестве. Сделаю тебе на пять градусов больше. Я её, кстати, до сих пор не доставал. Снимем пробу.

– Вот что значит гены,- удовлетворенно произнёс Проня.- Как не верти, а к водке с малых лет приучен. Теперь вот заводчики у тебя по знакомству специальную делают. Ты бы, Саня, давно свой заводик спиртовой сладил, аль не по зубам?

– Свой, конечно, сподручней иметь, чем покупать,- ответил Сашка.- Только не к чему. Такие ханыги, как ты, всё с него утащат, а без прибыли, что за завод? Слёзы.

– Нет, Санька, ты человек не сносный,- подставляя кружку, сказал Проня.- И дались тебе мои запои. Они что, делу во вред?! Кстати! Твой дружок гадость в неё не подсыпал какую-нибудь, а то обсеремся в домике, не успев до ветру, опозоримся на всю округу,- Проня стал принюхиваться к водке.

– Тебе бы и надо всыпать,- подколол его Сашка, но потом добавил уже серьёзно:- Пей! Не боись. Верный до гроба тот немец. Я его дочь вытащил с того света. Она на иглу села, от неё остались кожа и кости, ветром сдувало. Сейчас словами не передать её красоту. Цыцки, как моя голова,- и Сашка выпил залпом. Снегирь по примеру Сашки тоже, а Проня стал цедить, чтобы распробовать вкус и на последнем глотке поперхнулся, закашлялся и стал мотать головой. Сашка ударил его промеж лопаток. Вздохнув полной грудью, Проня заорал: