Рю Мураками - Мисо-суп

Так что Фрэнк заплатил за нас обоих. Пять тысяч йен. Программа только что началась. Чтобы не ждать стоя, мы присели на двухместный диванчик рядом с расчетной стойкой. В «глазке» не принято заходить в комнату во время программы. Правда, шоу длится всего лишь десять минут, поэтому долго ждать не приходится. На стене висело несколько фотографий, сделанных во время какого-то телевизионного эротического шоу. Эти фотографии уже пожелтели от старости. Участники передачи расписались на каждом снимке. Теперь их автографы выцвели и были едва видны.

— Слушай, а твоя подружка согласилась, чтобы ты еще немного поработал сегодня? — спросил Фрэнк, глядя на листок бумаги, висевший под фотографиями. На листке фломастером было написано по-японски и по-английски: «Наше заведение — образцово-показательное пип-шоу, о котором была сделана телепередача».

— Да. Никаких проблем.

— Здорово! Кстати, а какая у них система обслуживания?

Музыка, сопровождавшая шоу, была слышна даже здесь. Я не знал названия песни, но пела Дайана Росс.

— Шоу длится три-четыре песни. Сначала выходит девушка и начинает раздеваться. Почти сразу же после этого в комнатку, где сидит клиент, заходит другая девушка и спрашивает насчет особых услуг. Обычно она говорит: «Вас интересуют особые услуги?»

— Особые услуги? — переспросил Фрэнк.

— Это в смысле подрочить, — пояснил я. — Но подрочить стоит дополнительные три тысячи йен.

Фрэнк отреагировал только на слово «подрочить».

— Подрочить, подрочить… — с грустью, словно вспоминая о чем-то далеком и прекрасном, пробормотал он себе под нос несколько раз подряд. Честно говоря, я впервые в жизни видел, чтобы человек с таким чувством произносил это слово.

— Но это, конечно, только по желанию. Никто тебя не будет заставлять, — на всякий случай сказал я.

— Моя цель — секс, и если мне сначала подрочат, то это будет очень кстати. Разве не так? По-моему, все просто замечательно, — сказал Фрэнк и посмотрел на меня. — Честно говоря, меня просто распирает от желания! — добавил он. — В дословном переводе это прозвучало бы так: «Я — половой гигант».

— Короче, когда после начала шоу к тебе в кабинку заглянет девушка и спросит тебя что-нибудь по-японски, отвечай «йес». Ладно?

— С огромной радостью. Я ей прямо так и скажу: «йес», — абсолютно безрадостно, со скучающим видом ответил мне Фрэнк и начал листать журнал, взятый наугад с этажерки, стоявшей сбоку от диванчика.

На первой цветной вкладке была напечатана фотография Номо из «Доджерса» [13] Бейсбольная команда. Номо — японский игрок. . В статье на соседней странице рассказывалось о том, что его двухлетний контракт с командой пока еще не закончился. Постукивая по фотографии Номо указательным пальцем, Фрэнк произнес:

— И все-таки бейсбол очень популярен в Японии. Каждый раз удивляюсь.

Вначале я подумал, что Фрэнк шутит. Среди американцев, приезжающих по работе в Японию, нет ни одного человека, который бы не слышал о Номо. Это стопроцентно! И не столько потому, что упоминание о нем может благотворно повлиять на бизнес, сколько потому, что сейчас он чуть ли не самый популярный бейсболист в Америке. Но Фрэнк не шутил. Он в самом деле думал, что Номо играет в Японии. Но разве может быть, чтобы американец, импортирующий запчасти для «Тойоты», ничего не знал о Номо?

— Этот парень — питчер [14] Подающий игрок в защите. в «Доджерсе», — сказал я.

Услышав это, Фрэнк с удивленным видом уставился на фотографию.

— Точно! На нем же форма «Лос-Анджелес Доджерс».

— Очень известный питчер. В этом году он здорово играл. За все девять иннингов [15] Периодичность в игре. Каждый иннинг состоит из двух частей. В первой части одна команда играет в обороне, другая — в нападении. Во второй части иннинга команды меняются. Всего в бейсбольном матче девять иннингов. противники не смогли отбить ни одного мяча как следует. Ни единого очка не получили!

Я подумал, что Фрэнк скорее всего совершенно не разбирается в бейсболе. Этим, в принципе, все объяснялось. Только я успокоился, как Фрэнк вдруг произнес нечто совсем странное:

— Что ты говоришь?! Ни единого очка и ни одного толком отбитого мяча? Вот это здорово! У моих родителей только мальчишки были, я — самый младший. Все мои братья увлекались бейсболом. Жили мы в деревне, а там, куда ни посмотри — бесконечные кукурузные поля, так что, кроме игры в мяч, никаких особых развлечений у нас не было. Мой отец дико любил бейсбол. Я как сейчас помню, в то лето, когда мне исполнилось восемь, один из моих старших братьев тоже сыграл такую суперигру.