Александр Гущин - Империя зла

Майским днем 2002 года Александр Гущин, с бутылкой пива в руке от души смеялся, слушая расшифровки деда Лапы о своей работе в ЗАО

"Инфлот".

– Ну, ты дед, и фантазер! – веселился бывший мореход. – Мыслишь только компроматом и категориями вербовки! Не верю в твои фантазии.

Порочишь честных людей. Догонов, Гамидов, Якубович и прочие, все как

Андрей Гаусс, работники спецслужб? Смех, да и только!

– Дурак ты! – горячился дед Лапа. – Тебя спецслужбы СССР и России пьяницей сделали, был ты и остался пьяным недоумком! Иди, пей свое пиво, только не в моем присутствии. Ненавижу алкоголиков! Уехал бы за границу, с твоими мозгами давно миллионером стал! Даже в

Оренбургской области, откуда ты давно уехал, опять представители спецслужб о тебе расспрашивали! Один русский "беженец", явно сотрудник ГРУ, хитро так, с выкрутасами, все интересовался!

Пьяный Гущин не слышал и не слушал бестолковые, и непонятные для него разглагольствования шпиона, пьяному после пива захотелось поблажить и поддразнить деда Лапу. Он каламбурил, приговаривая,

– Хочешь ГРУ поймать на вошку? Хлопни по м…де ладошкой!

Потом стал петь частушки про всесильное с точки зрения Федосеева

Главное разведывательное управление, и про прочие всесильные спецслужбы России:

Здравствуй ты разведочка,

Что сидишь на веточке,

Здравствуй ты разведка, что берешь?

Ты зашухерила всю нашу малину,

И за то разведка отсосешь.

Ты разведка – я дурак,

Ты мне эдак, я те так!

Александр наслаждался пьяным весельем и пританцовывал:

"ГРУ-комарик всех кусал,

Но оказался вдруг придурком.

Хотел ужалить светлячка,

Но оказался тот окурком!"

– Беженцы из Узбекистана, работали с месяц в селах

Павло-Антоновка, Марковка, Приютное, Невежкино, – продолжал поучать пьяного философа Федосеев. Их, случайно конечно, интересовала информация о разных случаях в окрестных деревнях сорокалетней давности. Любопытных и прочих. Ты кому-то крепко наступил на хвост!

Дождешься, заберут на Литейный 4, в Большой дом, там умеют допрашивать!

В ответ Александр горланил деду очередное деревенское песнопение:

Мимо, эх, Большого дома,

Я без шуток не хожу.

То им х… в окно засуну,

То им ж…у покажу!

– Не на хвост я наступил ГБешникам, а на горло, дед, на горло, – приговаривал Александр, прощаясь.

Гущин ушел, горланя свои частушки. Долго еще в ушах матерого шпиона звенели четверостишия пьяного, четверостишия, которые тот сам и сочинил:

К нам в храм божий зван-незванно

Залетели гуленьки

Залететь-то залетели,

А обратно х…еньки!

Гуленьки, гулюшки,

А обратно х…юшки!

Ты народ и я народ,

Здесь разведка не живет.

Не разведка для народа,

А совсем наоборот!

И сидят они на ветке,

Кто? – Козлы внешней разведки!

Сверху гадят на народ,

Просто оторопь берет!

Для разведчиков России

Всё яснее ясного!

А как люди прояснили -

Не разведка – насрано!

Психофизики из ГРУ

Вновь затеяли игру,

Продали мне всю методу,

Ой, со смеху я помру!

Вся разведка КГБ

То ли "Г", а то ли "Б"

Промотали государство,

Были сами по себе!

Эта внешняя разведка

Важно вся сидит на ветках

Сверху гадит на народ

Просто оторопь берет!

. Лето 2002 года.

Александр Гущин сторож. Провокации и провоцирование. Пиво лучше, чем вода. Философ уволен с работы за пьянство и мелкое воровство.

Летом 2002 года Александр работал сторожем на автостоянке, что располагается на улице Доблести N17а. К автостоянке примыкала современная бензоколонка. Недалеко находился торговый комплекс

"Торговое поле". На этих объектах незаметно перемещался дед Лапа, наблюдая за российскими представителями психофизиологических отделов спецслужб, которые продолжали настырно курировать подопытного. А

Александр, бросая свой ответственный пост, покупал в "Торговом поле" пиво и был доволен своей жизнью, так как работа приносила левый доход. Доход этот выражался в мелком воровстве, когда Гущин ставил автомашины на стоянку, кладя суточную денежную ставку за стоянку себе в карман, не отражая автомашину в документах.

Когда наступал срок уплаты постоянных клиентов, которые платили за месяц стоянки автомашин, то Александра несколько раз разведчики провоцировали, давая сумму большую, нежели полагалось за стоянку.

Александр "не замечал" этого и оставлял сдачу себе. Российский разведчик тоже этого "не замечал", формируя компромат на подопытного. Жизнь для Александра наступила сытая и веселая. Он думал, что его оставили в покое, так как он никуда не годился, как сумасшедший, пьянчужка и мелкий воришка. Как жестоко ошибался житель