Кристофер Бакли - День бумеранга

– Ты читал «Скромное предложение» Джонатана Свифта?

Терри вздохнул.

– Ты имеешь в виду – в Гарварде? Или в Принстоне? Напомни мне, какой престижный университет я окончил?

– Свифт – автор «Путешествий Гулливера», – объяснила Касс. – Слыхал про такую книгу, наверно.

– Слыхал. И что?

– В тысяча семьсот двадцать девятом году Свифт опубликовал памфлет, где предлагалось, чтобы неимущие ирландцы продавали своих детей на мясо. Это решило бы проблему бедности в Ирландии.

– В наши дни он заработал бы миллионы на книге о диетическом питании. Но что это имеет общего с твоей схемой, помимо полнейшего идиотизма?

– Так в этом-то вся штука! Он привлек внимание людей. Заставил их обсуждать вопрос о голоде в Ирландии. Он был священнослужитель. Он защищал таким образом бедных.

– И что с ним было дальше?

– Увы, под конец жизни впал в слабоумие.

Терри фыркнул.

– Ну и что в этом такого? Нам с тобой тоже этого не миновать, если долго проживем.

– Да что с тобой сегодня? Ты какой-то бестолковый.

– Ты заявляешь, что правительство должно поощрять самоубийство, и меня называешь бестолковым?

– Не самоубийство, а добровольное восхождение.

– Ты предлагаешь налоговые льготы для тех, кто обязуется угробить себя в семьдесят лет.

– И более существенные льготы, если в шестьдесят пять. Да, пакет поощрительных мер. Бесплатное медобслуживание. Все лекарства, какие захочешь. Бумеры любят такие привилегии. Лакомая приманка – освобождение от налога на наследство. Зачем оставлять Дяде Сэму, если можно оставить собственным детям? Это привлечет на нашу сторону младшее поколение. Терри, послушай меня. Я тут прикинула. По моим расчетам, если хотя бы двадцать процентов от семидесяти семи миллионов бэби-бумеров пойдут на это, система соцобеспечения, Medicare и Medicaid [49] Medicare – программа страхования здоровья престарелых. Medicaid – ассигнования штатам для медицинской помощи бедным. смогут свести концы с концами. Кризис будет преодолен. По-твоему, это не заслуживает обсуждения?

Терри посмотрел на нее с гордостью и тревогой, взглядом наставника, чья подопечная поднялась до самой вершины, встала на краю – и сиганула вниз.

– Так, а представь себе, что человек согласился, – сказал он, – а потом, в семьдесят лет, заявил: «Вы знаете, я передумал, что-то мне не хочется кончать с собой. Подожду, пока мне не стукнет сто».

– Для тех, кто откажется уйти вовремя, будут предусмотрены серьезные санкции, – обыденным тоном отозвалась Касс.

– В общем, план 401(к) [50] План 401(к) – пенсионная программа в США, финансируемая работодателем. в адском варианте. Записываюсь не глядя!

– Терри, ты упускаешь суть. До этого никогда не дойдет. Потому что, как мудро заметили ты и Ранди, конгресс ни за что такого закона не примет. А если даже примет, президент его не подпишет. А если даже подпишет, Верховный суд объявит его неконституционным.

– Так в чем же суть?

– В том, чтобы стимулировать обсуждение! Чтобы в конце концов правительству пришлось что-то предпринять! Помнишь слова Черчилля? «Американцы всегда принимают верное решение – после того как перепробуют все остальные».

Поразмыслив, Терри сказал:

– Нет. Чушь собачья. Предвижу, как буду объяснять нашим корпоративным клиентам: «На самом деле мы не рассчитываем на то, что конгресс примет закон о массовом самоубийстве. Ну как вы не понимаете? Это метавопрос. Нельзя быть такими бестолковыми!»

– Ладно, нет так нет, – сказала Касс. – Я перехожу с моим планом на другой уровень.

– На подпольный?

Вечером, потратив несколько часов на попытки представить инсектицид Ларри чем-то таким, чем вы охотно побрызгали бы на своего новорожденного младенца, чтобы лучше спал, Касс всерьез взялась за свое «скромное предложение».

За последующие дни она проконсультировалась с геронтологами, экономистами, страховщиками, Бюджетным бюро конгресса, бывшими сотрудниками управления Белого дома по бюджету и менеджменту, теологами и священнослужителями (чтобы потом сказать, что она к ним обращалась) и даже (еще один полезный штрих) с человеком, усыплявшим приговоренных к смерти.

Однажды на рассвете, когда подали голос птицы, когда в их щебете отовсюду зазвучала простая, первозданная жизнь, она вдруг прервала лихорадочную работу и подняла глаза от нагревшегося ноутбука. Да что же я делаю? – возник в голове вопрос. Но у нее был на него ответ, и пальцы с новой силой застучали по клавишам. Фортиссимо!